"Немецкие книги" АОАА как исторический источник.

Работа подготовлена на основании метрических книг протестантской (лютеранской) церкви Армавира конца XIX – начала ХХ вв. Нами рассмотрены отдельные аспекты истории немецкой общины Армавира на протяжении двух десятилетий (1890-е и 1900-е гг.). Книга ориентирована на широкий круг читателей, интересующ... больше
7
Просмотров
Научные работы > История
Дата публикации: 2016-12-03
Страниц: 76

В. Г. ШНАЙДЕР «НЕМЕЦКИЕ КНИГИ» АОАА КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК АРМАВИР, 2004


2 9 63.3. (0) Ш-76 Шнайдер В.Г. «Немецкие книги» АОАА как исторический источник. – Армавир: Редакционно-издательский центр АГПУ, 2004. – 88 с. Работа подготовлена на основании метрических книг протестантской (лютеранской) церкви Армавира конца XIX – начала ХХ вв. Нами рассмотрены отдельные аспекты истории немецкой общины Армавира на протяжении двух десятилетий (1890-е и 1900-е гг.). Книга ориентирована на широкий круг читателей, интересующихся как историко-краеведческой проблематикой, так и некоторыми узкоспециальными вопросами источниковедческого характера. © Шнайдер В.Г., 2004.

3 ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ……………………………………………………….4 ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………6 ГЛАВА I. Обобщение количественных данных. Работа с таблицами……………………………………………………………...9 ГЛАВА II. «Немецкие книги» как источник по социальной и повседневной истории ……………………………………………….20 ГЛАВА III. Опыт реконструкции генеалогической линии………. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ ПРИЛОЖЕНИЯ


4 ПРЕДИСЛОВИЕ Данная работа во многом исключение для меня. Исключение уже в том, что она написана от первого лица. Размышляя над формой реализации задуманного, я пришёл к выводу, что отдельные части этой брошюры не могут и не должны быть написаны с использованием безличных оборотов или множественных местоимений. В некоторых случаях это выглядело бы как излишнее обобщение, а в иных частях работы явно не соответствовало бы предмету рассмотрения. Прежде я намеренно избегал «немецкой темы» в своих научных изысканиях. И сейчас убеждён, что историк, как никакой другой учёный, должен быть настолько дистанцирован от объекта своего исследования, насколько это необходимо для того, чтобы не дать повода усомниться в его непредвзятости. Нарушив это своё правило, я (как и предполагал) не смог миновать всех тех недостатков изложения, которые нередко подстерегают историка, рискнувшего обратиться к прошлому своей семьи, общины, народа, другими словами, всего того, что часто называют «корнями». В таких условиях трудно избежать эмоциональности изложения, некоторой публицистичности стиля. Надо признаться, что не удалось это и мне. Но я самонадеянно полагаю, что и это тоже исключение. Драматичная история немцев в России (СССР) прошлого века хорошо известна. Существенные изменения в стереотипах их восприятия у нас в стране, да и во всём мире, произошли в результате Первой и особенно Второй мировых войн. В купе с противоречивой политикой советской власти в отношении немцев СССР (особенно в вопросе восстановления автономии), эти обстоятельства порождали у них чувство собственной социальной и политической второсортности. Процессы демократизации российского общества, одним из результатов которых стал массовый выезд немцев в Германию, практически, довершили начатый в советский период процесс уничтожения крупной этнокультурной группы – российских немцев. Сегодня, я думаю, в России уже почти не осталось немецких

5 семей, где процесс этнической и социокультурной ассимиляции существенно не затронул бы основ мировоззренческой модели их членов. Проблема немцев в России решена. Похоже, что их история здесь подходит к концу, а сфера практической значимости исследований на эту тему год от года сужается. Безусловно, советский период истории стал для этой этнокультурной группы самым трагическим, если не сказать роковым. Но, на мой взгляд, не становится менее важной и значимой история немцев в России и до того периода, когда в восприятии многих наших соотечественников их привычный образ (пунктуальные, трудолюбивые, чистоплотные и т.п.) на время уступил место причудливому синонимическому ряду, включающему в себя этнокультурную принадлежность, известную праворадикальную идеологию и уменьшительное имя от Фридрих. Вот такие горькие мысли и останавливали меня прежде от того, чтобы писать об истории немцев в России, затрагивая пусть даже её самые незначительные аспекты. Не без оснований я полагал, что такой настрой не может не отразиться на ходе исследования и степени субъективизма выводов, о сколь отдалённых во времени от советского периода событиях не шла бы речь. Но пришло время, когда, с одной стороны, волей случая, с другой, в результате стремления проследить историю своей семьи, я не смог преодолеть искушения поработать и проработать интереснейшие источники, лежащие буквально под рукой. Речь идёт о метрических книгах протестантской (лютеранской) церкви конца ХIХ – начала ХХ вв., хранящихся в Архивном отделе администрации г. Армавира. Работая над этой темой, мне хотелось, чтобы оставшиеся потомки немецких поселенцев Армавира, прибывших сюда на рубеже ХIХ и ХХ вв., знали в самых общих чертах историю своих предков. Я хотел, чтобы прозвучали имена простых людей, проживших самую обычную жизнь, и нередко оставлявших после себя лишь краткое упоминание в книгах записей о рождении, браке или смерти. Многое в ходе работы я открывал для себя впервые. Я допускаю, что в тексте могут быть некоторые неточности и шероховатости. Прошу не судить строго этот скромный труд.

6 ВВЕДЕНИЕ История немцев Армавира относится к числу практически не разработанных тем. Это утверждение имеет отношение, в том числе, и к тому периоду времени, который затронут в этой работе: конец ХIХ – начало ХХ вв. А между тем, С.Н. Ктиторов в своей монографии по истории Армавира в досоветский период ставит немцев по численности на третье место в селении (к 1910 г.) после русских и армян, а среди других немецких общин Северного Кавказа считает крупнейшей (13, С. 188). Обратиться к этой теме меня подтолкнул случай. Я попытался восстановить одну из ветвей своего генеалогического древа, а именно генеалогическую линию семьи Шнайдер. Излишне говорить насколько важной мне казалась эта работа, тем более что в силу некоторых исторических и семейных обстоятельств, представления об этой ветви, как ни странно, были самыми туманными. Результаты моих поисков превзошли все самые смелые ожидания, о чем речь пойдёт в соответствующем разделе работы. Здесь же надо отметить то, что в ходе своих изысканий я столкнулся с группой довольно объёмных и чрезвычайно информативных источников по истории немцев Армавира к. XIX – н. XX вв. В архивном отделе администрации города Армавира в прекрасном состоянии сохранились книги регистрации актов рождения, бракосочетания и смерти немецких поселенцев Армавира и близлежащих колоний. В описи фонда они собирательно называются «метрическими». Хронологический отрезок жизни немецких поселенцев, нашедший в них своё отражение, охватывает период с 1889 по 1924 гг. Всего в АОАА хранится 11 таких книг общим объёмом 1958 листов. За исключением одной из них, все книги содержат записи только одного рода: рождение, брак или смерть. Не все они начаты и закончены одновременно. Например, книги записей о смерти велись с 1890 г., рождения – с 1889 г., а бракосочетания – с 1899 г. (вероятно, первая из книг записей о браке всё же была

7 утрачена). Завершаются они также не в один год, а, соответственно, в 1920, 1924 и 1923 гг. То, что немецкая протестантская община была третьей по численности в Армавире начала ХХ века, косвенно говорит тот факт, что метрические книги распределялись между тремя церквями (в конфессиональном смысле): русской православной, армяно-григорианской и протестантской. Кроме лютеранского молитвенного дома, метрические книги велись в двух русских православных храмах, а также в армяно-григорианском. Метрические книги протестантской (лютеранской) церкви по своему количеству уступают аналогичным книгам как русской православной, так и армяно-григорианской церквей. Впрочем, и появляются они более чем на десятилетие позже. На обложке каждой из книг значится заглавие, написанное, очевидно, уже в советское время. Например, «Книга записей актов о смерти («немецкая книга»)». Завершающее уточнение показалось мне любопытным и весьма ярким. Образность этого своеобразного подзаголовка – «немецкая книга», подсказала мне и название этой работы, и синоним безлично обобщающего определения «метрическая». Таким образом, первоначальный сугубо личный интерес, перерос в желание пойти дальше в исследовании этой группы источников. Например, попытаться максимально раскрыть их информационный потенциал путём систематизации, обобщения и сопоставления данных различных групп метрических книг. Выявить сведения, условно говоря, «не лежащие на поверхности». Показать, что и одна группа источников, при определённом подходе и тщательности проработки сведений, может обладать достаточной степенью доказательности. Осознавая всю уязвимость работы, основанной на ограниченной, по существу однородной, источниковой базе, я попытался не переступить грань, отделяющую научно доказанные выводы от домыслов и догадок. Именно эта цель и определила тот исследовательский азарт, с которым я работал над «немецкими книгами».

8 С другой стороны, мне хотелось не просто вывести цифры, графики и диаграммы, в которые укладывались бы рождение, жизнь и смерть немецких поселенцев Армавира, а показать некогда живших здесь людей, назвать их имена, проследить отдельные чёрточки судеб. И, наконец, поделиться собственным опытом восстановления генеалогической ветви, теми приёмами работы, которые привели меня (а быть может, приведут и кого-то ещё) к удивительным открытиям истории своего рода. Кроме собственно «немецких книг» в числе источников мною использованы ещё два документа из Армавирского архива МУП БТИ. Выписки из них были любезно предоставлены мне С.Н. Ктиторовым. Хронологические рамки этого небольшого исследования ограничиваются двумя десятилетиями: последним XIX и первым XX вв. Информация метрических книг этого периода, как представляется, вполне достаточна по своей значимости и объёму для обоснования тех выводов, которые содержатся в этой работе, а информационный массив этих документов позволяет убедительно продемонстрировать их важность. И, наконец, необходимо оговорить географические рамки исследования. Дело в том, что в метрические книги «Протестантской (лютеранской) церкви» попадали не только немецкие поселенцы села Армавир, но также и жители двух близлежащих колоний Мариенфельд и Фриденталь. Вероятно, там не было молитвенных домов, либо их служащие не были уполномочены вести метрических записей. Поэтому в дальнейшем, упоминая в работе или приложениях немцев Армавира, я буду подразумевать и близлежащую тогдашнему селу округу, а именно немецкие поселения-колонии Фриденталь и Мареинфельд. Строго говоря, название этой брошюры должно было бы звучать так: « «Немецкие книги» АОАА как источник по истории немцев Армавира и округи в конце ХIХ – начале ХХ вв.». Нынешнее название я посчитал нужным оставить как менее громоздкое, и, вместе с тем, достаточно точно отражающее содержание работы.

9 Значимость «немецких книг» как исторического источника и их потенциал в руках заинтересованного исследователя раскрываются в работе, условно говоря, в трёх приближениях, по образному сравнению Л.Н. Гумилёва: «с высоты птичьего полёта», «с вершины кургана» и «из мышиной норы». В первой части проведён количественный анализ данных метрических книг согласно их специфики, т.е., смерть, рождение (крещение), брак. Данные сведены и обобщены в таблицах, опытом составления которых мне также хотелось поделиться. Все таблицы и диаграммы приложения разработаны и составлены мной. Во второй части настоящего исследования появляются реальные лица из числа немецких поселенцев Армавира к. ХIХ – н. ХХ вв. Она носит, в известной мере, социально-исторический характер, касаясь отдельных проблем повседневной жизни, насколько это было возможно. В завершающей части работы представлен опыт восстановления генеалогической ветви (линии), показаны те трудности и противоречия, с которыми может столкнуться исследователь, работая с этими или подобными источниками, а также то, как, имея минимум исходных данных, эти трудности можно преодолеть.

10 ГЛАВА I. ОБОБЩЕНИЕ КОЛЛИЧЕСТВЕННЫХ ДАННЫХ. РАБОТА С ТАБЛИЦАМИ «Немецкие книги» фиксировали факты рождения, бракосочетания и смерти. Думается, что нет принципиальной разницы, с какой именно группы начать, но логичным представляется последовать естественному течению жизни, и в первую очередь затронуть книги записей актов о рождении (2, 4, 8, 9, 10). Первая книга регистрации актов о рождении (2) была начата 17 декабря 1889 г. и закончена 26 декабря 1897 г. До 9 февраля 1892 года, то есть более двух лет, записи велись исключительно на немецком языке. В дальнейшем на немецком языке заносились только имена и фамилии поселенцев. Строго говоря, этот вид метрических книг фиксировал не столько факт рождения, сколько акт крещения младенца (а иногда и взрослого) с указанием точной даты его рождения. Книга имеет девять основных граф (Приложение № 18) под общим заглавием на каждой странице: «Списокъ   рожденныхъ   и   крещенныхъ». Информация, которая вносилась в соответствующие графы, содержала сведения о дне и часе рождения; дне крещении; имени младенца, имени, фамилии и вероисповедании родителей, звании, чине или ремесле отца или матери или (лица) представившего младенца к крещению, прозвание Проповедника, совершавшего Св. Крещение, и где оно совершено, имена, фамилии, звания, чины или ремесла восприемников. В последующих трёх колонках, разбитых каждая ещё на две, согласно пола, отмечалось законнорожденный, незаконнорожденный или мёртворожденный (умерший до крещения) был ребёнок. (Ш.В. здесь и далее в 1 главе: все вставки курсивом – это близкий к тексту пересказ заголовков граф «немецких книг», не «закавыченных» потому, что цитата не прямая, и без ссылки потому, что они содержатся на каждой странице).

11 Для дальнейшей работы важно оговорить тот факт, что все метрические книги строго учитывали сословную принадлежность тех, кто попадал на их страницы, и вплоть до начала 1920-х гг. немцы числились как «поселенцы». При чём, это понятие не было абстрактным, оно всегда дополнялось указанием какого села и губернии поселенец, иногда указывали уезд и волость. Чрезвычайно редко среди немцев Армавира встречались, например, мещане. С начала ХХ века, особенно с середины 1900-х гг. встречаются упоминания немцев уже как военнослужащих. Книги регистрации бракосочетания начинаются с 1899 г. Очевидно, что первая книга такого рода была утрачена. Иначе как объяснить такую существенную разницу в сроках их введения в сравнении с «немецкими книгами» по рождению (1889 г.) и по смерти (1890 г.)? Вторые книги регистрации актов рождения и смерти начинаются в 1898 г. Практически одновременно начатые, первые книги также одновременно и заканчиваются. Годом спустя начинается запись актов бракосочетания, т.е., почти в тоже время. Логично предположить, что с 1899 г. ведётся не первая книга записей о браке, а вторая. Первая же, начатая, как и другие, на рубеже 1880-х и 1890-х гг. просто не сохранилась. Метрические книги записи актов бракосочетания, чаще всего, заполнялись на развороте страниц (кроме Д. 109). Сведения о новобрачных заносились в 7 колонок (Приложение № 17). Необходимо было отметить месяц и день, в который совершено обручение проповедником; имена, фамилии, чины, звания или ремёсла обручённых, оглашённых и сочетавшихся браком, а равно отца жениха и отца невесты; в живых ли родители сочетавшихся браком; место рождения и вероисповедание их; семейное положение до брака; когда имело место оглашение в 1-ый, 2-ой и 3-ий раз; когда и кем совершался обряд бракосочетания. Каждая страница или разворот предварялся общим заглавием: «Обручённые, оглашённые и бракомъ сочетавшiеся въ … г.» Первая метрическая книга регистрации актов о смерти начата 2 января 1890 года, то есть, почти одновременно с соответствующей книгой записей о

12 рождении и крещении. Также как и в предыдущем источнике записи велись исключительно по-немецки вплоть до февраля 1892 г. На сохранившемся аутентичном титульном листе написано: «Gerstorbene vom Jaren 1890-1898». Данные книги велись на развороте двух страниц (также и книги записей о рождении и крещении, кроме Д.111) и содержали 11 колонок (Приложение № 19). Кроме номера записи в книгу вносились сведения о дне и часе смерти, дне и часе погребения; имени, фамилии, звании и чине или ремесле умершего; если умирал ребёнок, то сведения о чине или ремесле родителей; о месте рождения; о возрасте умершего; мужского или женского пола; о семейном положении; болезни и роде смерти. Учитывая то, что почти все немцы Армавира и округи числились как поселенцы, информация об умерших содержит ценнейшие сведения о местах их прежнего жительства и рождения. Все они считались поселенцами своих колоний в различных регионах России, откуда выехали в Армавир, и, как я уже отмечал, так и записывались в книги вплоть до начала 1920-х гг. При этом, некоторые жили в Армавире уже не один десяток лет. Надо отметить то, что «немецкие книги» до конца 1890-х гг. (2, 3) были рукописными полностью, т. е., они расчерчивались от руки, и также на каждой странице заполнялись заголовки колонок. Хронологически последующие экземпляры книг были выполнены уже типографским способом. Образцы из таких, более современных и удобных для чтения и заполнения книг, приведены в приложениях. В силу сложности перевода и восприятия рукописного немецкого текста, до 1892 года причины смерти в соответствующую таблицу не внесены. Сведения о местности, откуда прибыла семья умершего более или менее регулярно появляются с 1896 года. Таким образом, совершенно очевидно, что метрические книги немецкой (лютеранской) церкви Армавира содержат богатый материал по истории одной из наиболее заметных этнокультурных групп селения (города) с 1890-х до начала 1920-х гг.

13 Ограничившись двумя десятилетиями (1890-е и 1900-е гг.) я посчитал необходимым начать подробный количественный анализ данных. Наиболее наглядно и удобно проводить исследования, такого рода источников, используя таблицы. Начнём с метрических книг, содержащих сведения о рождении и крещении детей немецких поселенцев Армавира и округи в период с 1890 по 1910 гг. (2, 4, 8, 9). Таблица анализа сведений о рождаемости (Прил. 1, Табл. 1) содержит десять колонок: год, общее число родившихся за этот год, сведения о вероисповедании родителей, число незаконнорожденных детей сведения о поле ребёнка и числе умерших в первый год жизни, а также процентное соотношение умерших в первый год от общего числа родившихся. Общее количество строк соответствует числу лет, за которое проводились подсчёты, а также добавлена обобщающая строка и строка процентных соотношений. Надо сказать, что работу в этом направлении очень осложнило то обстоятельство, что записи в данные книги вносились согласно дат крещения, а не рождения, и хотя число крещённых не в год рождения было незначительным, задачу это не облегчало. Так, например, мной была просмотрена первая книга записей актов о крещении с 1890 по 1897 гг. (2) на предмет длительности периода, проходившего после рождения и до крещения детей немецкими поселенцами (всего 735 записей). Непосредственно в день рождения были крещены примерно 1% младенцев, в течение первой недели - 16,7%, в период от 1 до 2 недель после рождения 21,3%, от 15 дней до 1 месяца – 27,2%, от 1 до 2 месяцев – 12,7%, от 2 до 4 месяцев – 9,3%, от 4 до 6 месяцев – 4%, от 0,5 до 1 года - 5,5%, свыше 1 года – 1,5%, свыше 2 лет 0,8%. Таким образом, в первые два месяца жизни крестили почти 80% младенцев. Из числа оставшихся 20% нередко (а последние две категории обязательно) даты рождения приходились на предыдущие годы. В результате проведённых подсчётов выяснилось, что общее число рождавшихся детей в год было относительно стабильным. Это обстоятельство

14 может свидетельствовать об устойчивой численности немецких поселенцев Армавира. Например, в 1892, 1893, 1903, 1907, 1909 гг. родилось свыше 130 младенцев, менее 70 родилось только в 1890 и 1896 гг., а менее 100 младенцев родилось, кроме этих лет, в 1891, 1897, 1898, 1899, 1900 и 1902 гг., что составляет ровно треть от всех, внесённых в таблицу лет. В этой части работы я затрону только те данные таблиц, которые перекликаются или находят дополнения в других таблицах. Например, сведения о местах выезда немецких поселенцев в Армавир прослеживаются достаточно определённо в книгах записи актов о браке и о смерти. В то же время, в книгах записи актов о браке есть сведения о вероисповедании пар, а в книгах о смерти нет, но такие сведения содержатся в книгах записей о рождении и крещении. Так, например, графа в таблице о рождаемости (Табл. 1) «% умерших в первый год жизни» добавлена на основании сведений таблицы 3 (См. прил. 3). Другие, более частные сведения предполагается подробно рассмотреть во второй главе. Таблица сведений о вступающих в брак немецких поселенцах охватывает период с 1899 по 1910 гг. (Прил. 2, табл. 2). В её основу положены данные метрической книги записи актов бракосочетания за 1899 1911 гг. (6), дополненные и перепроверенные сведениями такой же метрической книги в период с 1903 по 1920 гг. (7). Таблица включает в себя построчную разбивку по годам, а также делится на колонки, содержащие сведения о возрастных категориях вступающих в брак, местах их прежнего поселения, вероисповедании пар, общем количестве вступивших в брак, в том числе, повторно. Таблица даёт деление на возрастные категории более подробно, чем диаграмма (Приложение 3).Такая взаимная дополняемость показалась мне удачным решением, так как выделенные три (а у женщин четыре) возрастные категории до 25-летнего возраста дают достаточно подробное представление о возрастах женихов и невест, но несколько смазывают общее представление о категориях, наиболее приоритетных для вступления в брак. А они таковы: у женщин порядка 57% выходили замуж, не достигая 20 лет; у мужчин этот процент гораздо ниже – только около 16 %. После 20 лет, как показывают процентные соотношения немецкая девушка имела шансов выйти замуж почти

15 вдвое меньше – ок. 28,5%., причём в этой возрастной категории уже весьма заметна доля выходящих замуж повторно (примерно каждая пятая). У мужчин же наоборот период с 20 до 29 лет – это наиболее благоприятный для создания семьи возраст (при этом надо отметить, что до 25 лет вступали в брак в два раза чаще, чем после). После 30 лет процент вступающих в брак резко падает, а доля повторно создающих семью заметно возрастает. У мужчин около половины уже имели семью, а у женщин этот процент достигает 80. Возрастные категории после 40 и после 50 лет у мужчин составляет примерно по 5% от общего числа возникших за 12 лет пар. Похожая картина и у женщин в возрасте от 40 до 50 лет. Почти все мужчины и женщины в этих летах создают семью повторно. Старше 50 лет женщины практически не выходили замуж. За весь рассмотренный здесь период таких было только пятеро (это 1,6%), причём 4 из них уже имели семьи. Всего же в период с 1899 по 1910 год 618 мужчин и женщин из числа немецких поселенцев создали семьи, при этом 68 из них сделали это во второй раз. Не менее богатую информацию содержат «немецкие книги» регистрации актов о смерти. Так же как и в предыдущих случаях был проанализирован период с момента введения этих книг в 1890 г. и до 1910 г. Таким образом, наиболее пристальному вниманию подверглись метрические книги записей о смерти с 1890 по 1897 гг. (3) и с 1898 по 1911 гг. (5). При составлении таблицы (Прил. 4, табл. 3) были применены те же подходы, что и по предшествующим двум. Информация вносилась по годам, умершие подразделялись на возрастные категории, специально отмечались места прежнего жительства поселенца, или его родителей, в том случае если умирал несовершеннолетний. Также в таблицу были занесены наиболее распространённые причины смерти. Прежде всего, надо отметить, что число умиравших год от года могло колебаться в довольно широком диапазоне. Например, в 1890 г. умерло 46 человек (в данном случае я склонен думать, что в первый год ведения книг не все умершие были записаны), в 1896 – 49, в 1898 – 46 чел. При этом, в 1891 г. скончалось 108 чел., а год спустя 269. В 1893 этот показатель падает до 69.

16 Всего за 21 год умерло 1859 немецких поселенцев, и средний показатель составил примерно 89 человек в год. Надо сказать, что примерно около этой цифры, и даже чуть ниже её и колебалось число умерших с 1890 по 1910 гг. Исключение составляли 1891, 1892, 1903, 1908 и 1910 гг., когда число скончавшихся превышало 100. Анализ причин смерти показал, что эти годы сопровождались неблагоприятной эпидемиологической ситуацией. Причины смертей в 1891 г. в таблице не отмечены из-за неразборчивости рукописного немецкого текста, но можно предположить, что уже тогда набирала силу эпидемия холеры, достигшая наивысшей точки в 1892 году – 85 смертей. В дополнение к этому, в том же году была одна из «вспышек» оспы, эпидемические циклы которой отлично прослеживаются в таблице. И согласно этим циклам (5-6 лет) пик эпидемии должен был быть в 1891 году. Оспа была страшнейшим и опаснейшим заболеванием, а учитывая, что около 70 % умерших за 21 год были дети в возрасте до 5 лет, становится понятно за счёт кого вышеуказанные годы отмечены высокой смертностью. Как причина смерти оспа уступает только поносу и судорогам (исключительно детские диагнозы), соответственно, 179 против 293 и 197 случаев. Но, если учесть, что понос и судороги это не причина смерти как таковая, а клинические проявления довольно широкого спектра заболеваний, то оспу можно с уверенностью поставить на первое место. Появления случаев смерти от этого заболевания в наибольшем количестве отмечены в 1897 (41 чел), 1903 (45 чел.) и 1908 (43 чел.) гг. Далее перейдём к наблюдениям и выводам, возникшим в результате сопоставления данных различных метрических книг, а также соответствующих сводных таблиц. Первое, на что следует обратить внимание, это уровень детской смертности в семьях немецких поселенцев Армавира и колоний Мариенфельд и Фриденталь. Дети до 1 года среди общего количества умерших с 1890 по 1910 гг. составляли 35,2%, если добавить к их числу умерших в возрасте до 2 лет, то это процент вырастает до 52,3. В целом в рассматриваемый период в 7-ми случаях из 10-ти умершими были дети до 5 лет. Резко снижается показатель смертности

17 после 10-летнего возраста, и составляет самый низкий процент среди остальных категорий – 3% (Приложение 5). Сопоставление данных книг записей о смерти и о рождении позволяет проследить ряд важных моментов. Один из них это уровень детской смертности. Всего с 1890 по 1910 гг. родилось 2215 детей, за тот же период умерло немецких поселенцев 1859 чел., в их числе не дожив до 1 года – 652 младенца. Таким образом, естественный прирост этой категории населения Армавира составил за два десятилетия около 20%. Это при том, что чрезвычайно высоким оставался уровень детской смертности. В таблице 1 приведены процентные отношения умерших в первый год жизни детей к числу родившихся за весь период. Средний показатель смертности в этой возрастной категории составил 28,9% (См. приложение 1, диаграмма 1). Однако из таблицы 3 следует, что возрастные категории от 1 до 5 лет также отмечены довольно высоким процентом смертности. Для того, чтобы примерно оценить её динамику и средние показатели за весь рассматриваемый период я разбил его на пятилетия и посчитал общее количество родившихся за каждые пять лет, а затем определил число умерших в этот период в соответствующем возрасте. Разумеется, такой метод не даёт абсолютно точного представления о картине, несмотря на то, что из анализируемых чисел были исключены дети до 5 лет родившиеся за пределами Армавира и округи (Приложение 6, табл. 4). Вместе с тем, средний процент и общую тенденцию проследить всё же можно. В результате проведённых подсчётов предстали совершенно ошеломляющие цифры. Процент детей немецких поселенцев, умерших в возрасте до 5 лет колебался между 48 в период с 1900 по 1904 гг. и более чем 63 в период с 1890 по 1894 гг. Средний показатель смертности детей до 5 лет за два десятилетия составил более 55%. Графически это показано на диаграмме 4 (Приложение 6). Такой прискорбный факт как высокий уровень детской смертности неожиданно подтолкнул меня к анализу явлений, казалось бы, весьма от этой

18 проблемы далёких: изучению хронологии, географии и динамики миграционных потоков немцев в район Армавира. В случае смерти в метрические книги вносились сведения о селении, поселенцем которого считался умерший. Практически всегда указывалась губерния, сравнительно часто уезд, а вот волость упоминали довольно редко. Если умирал несовершеннолетний, как уже было сказано, все эти сведения записывались по его родителям. При этом всегда в отдельной графе указывалось место рождения поселенца. В случае, когда умирал ребёнок до 5-ти лет, местом рождения которого был не Армавир, и не близлежащие колонии, то вполне естественно предположить, что его семья прибыла в этот район менее чем пять лет назад. Поскольку место рождения и место поселения не всегда совпадали, а запись о месте рождения не содержала сведений о губернии, необходимо было провести предварительную работу по выяснению местоположения основной и наиболее заметной части населённых пунктов, откуда приезжали в Армавир немецкие поселенцы. Такой анализ оказалось возможным сделать, сопоставляя данные всех трёх видов метрических книг. В результате удалось выявить месторасположение с точностью до губернии нескольких десятков селений, из которых выезжали немцы. В приложении 9 приведены 45 наименований таких селений в Самарской губернии, 19 – в Саратовской, по 3 – в Херсонской и Таврической, по 2 в Бессарабской губернии и Терской области. Единичные случаи переселения отмечены из Акмолинской, Варшавской, Воронежской, Курляндской, Лифляндской, Омской, Ставропольской губерний. Иногда немцы переселялись уже внутри Кубанской области, но этот миграционный поток был незначительным, и как тенденция в работе не рассматривается. Таким образом, стало возможно по одному названию населённого пункта определять район выезда семьи ребёнка, скончавшегося уже в Армавире. Всего были проанализированы сведения метрических книг записей о смерти с 1892 по 1910 гг. (3, 5). Подсчёты были проведены по годам, из числа умерших детей выделялись те, кто родился за пределами Армавира и округи

19 (Приложение 7, Табл. 5). Предположение о том, что на протяжении всего рассматриваемого периода такие дети были, подтвердилось. В таблице 5 приведены не только абсолютные показатели, но и процент умерших детей недавних переселенцев за каждый год. Если отбросить крайние показатели (в 1892 г – 35,9% и в 1901 – 0%), то годовой показатель колеблется от 2,5 до 13,5% (См. приложение 7, диаграмма 5). Всего за девятнадцать лет умерло детей недавних переселенцев в возрасте до 5 лет 119 чел., что составляет более 10% от общего показателя в этой возрастной категории. Примечательно, что во второй половине 1900 гг. этот показатель трижды превысил средне статический (Приложение 7, табл. 5). К сожалению, не возможно достаточно точно, определить количество переселенцев, используя данный исследовательский приём. Более того, надо подчеркнуть, что упомянутые 10% умерших детей недавних переселенцев – это усреднённый показатель, имеющий отношение к семьям детородного возраста. Их количество и процент в общей массе мне не известны, а само понятие «детородный возраст» весьма индивидуальное. Поэтому и нельзя в абсолютных показателях проследить интенсивность миграций, а только в относительных и сравнительных величинах. Меж тем, заинтересованному читателю я предлагаю подумать об этом самостоятельно. Добавлю, что общая численность немецкой колонии в Армавире к 1910 г. известна точно – 2 834 чел. (13, С. 188). Итак, можно констатировать факт, что переселение немцев в Армавир и близлежащие колонии прослеживается на протяжении как 1890-х, так и 1900-х гг. Наибольшее число мигрантов были выходцами из Самарской губернии. Более точные сведения о местах выезда переселенцев дают метрические книги записей актов о смерти и о бракосочетании. В них приводятся точные сведения о районах прежнего жительства, обязательно включающие название посёлка и губернии. Значительно реже упоминаются уезд и волость. В таблицах 2 и 3 приведены ежегодные показатели, упоминаемых в соответствующих книгах немецких поселенцев, выходцев из определённых регионов. Исследование показало, что свыше 90% немцев Армавира числились как поселенцы Самарской или Саратовской губерний.

20 Метрические книги записей о браке показывают, что за период с 1899 по 1910 гг. создали семьи в Армавире 401 переселенец из Самарской губернии, 158 из Саратовской губернии и 59 поселенцев из других районов. В процентном выражении это выглядит следующим образом: Самарская губерния – 64,16%, Саратовская губерния – 25,28%, Другие регионы – 10,56% (Приложение 8, диагр. 6(а)). Согласно сведениям метрических книг записей о смерти в период с 1896 по 1910 гг. скончалось 884 выходца из Самарской губернии (почти 72,5%), 244 переселенца из Саратовской губернии (св. 20%) и 91 чел., переехавший в Армавир из других регионов (7,5%) (Приложение 8, диагр. 6 (б)). Сопоставление данных «немецких книг» записей о браке и смерти позволяет утверждать, что самое значительное число переселенцев были выходцами из традиционных районов проживания немцев в России – Самарской и Саратовской губерний. Почему метрические книги протестантской (лютеранской) церкви, названные впоследствии «немецкими» появляются в Армавире в конце 1880-х – начале 1890-х гг.? Очевидно потому, что к этому периоду времени в селении и его окрестностях сформировалась довольно крупная этнокультурная общность приверженцев этого конфессионального направления. Каково же было их количество? Ответить на этот вопрос, исходя из данных метрических книг непросто. Уже упоминалось о том, что численность немцев Армавира к 1910 г достигла 2 834 чел. Можно попытаться примерно определить численность немцев в Армавире, используя данные смертности поселенцев. Почему именно смертности? Как представляется, этот показатель в наименьшей степени зависит от обстоятельств субъективного характера. Например, жениться или заводить детей, если для этого нет благоприятных условий, можно подождать год-другой. Что касается смерти, то здесь может быть только один привходящий фактор – это инфекционные заболевания эпидемического характера. Именно они могут значительно поднять показатель смертности по отношению к общему числу

21 членов сообщества. Другие факторы, которые могли бы искусственно завысить порог смертности (войны, репрессивная деятельность государства и т.п.) в рассматриваемый период немцев не затрагивали. Я попытался проследить соотношение числа умерших по годам с 1892 по 1910 и количества умерших в те же годы, но без учёта наиболее распространённых инфекционных заболеваний, большинство из которых (холера, корь, оспа) носили ярко выраженный эпидемический характер. В приложении 10 на диаграмме 7(а) это показано графически. Чёткой тенденции, надо сказать, не было обнаружено. Даже без учёта эпидемий показатель «скакал» в довольно широком диапазоне. Более того, не вполне понятен высокий показатель умерших в 1891, и, что особенно важно, 1892 гг. Тогда, я решил проследить среднегодовые показатели смертности, используя для подсчёта более продолжительные отрезки времени, например, пять лет. Таких отрезков всего получилось четыре. Из-за того, что в 1891 году причины смерти остались не выясненными, среднегодовой показатель пришлось выводить по 4 годам. В результате получилась довольно наглядная тенденция роста числа умерших в среднем за год по пятилетиям с 1896 по 1910 гг. Без учёта скончавшихся в результате эпидемий (я добавил к вышеназванным болезням ещё и тиф) это число составило в период с 1896 по 1900 гг. – 47 человек в среднем за год, с 1901 по 1905 гг. – 62 чел. и с 1906 по 1910 гг. – 74 чел. Несколько диссонировал, оставляя вопросы, период с 1892 по 1895 гг., когда смертность превышала все последующие периоды, равняясь этому показателю только за временной отрезок с 1906 по 1910 гг. (Приложение 10, диагр. 7(б)). Если попытаться вывести коэффициент соотношения среднегодовых показателей смертности и численности общины, то в 1910 г он мог быть, примерно, равен 2834\ 74 = 38,3. Таким образом, численность немцев Армавира в период с 1901 по 1905 гг. могла быть, предположительно, около 2 400 чел., а с 1896 по 1900 достигать количества 1 800 чел. Единственное, что смущало меня в этой довольно гладкой картине, это то обстоятельство, что, если следовать этому принципу, то в середине - второй половине 1890-х годов следует отметить сокращение числа немецких

22 поселенцев Армавира, поскольку показатель смертности в этот период оказался в точности равен отрезку времени с 1906 по 1910 гг. Почему так выделялись 1891 и 1892 гг. по количеству умерших? На мой взгляд, причин могло быть три. Во-первых, книги могли заполняться не добросовестно и опираться на их данные вообще нельзя. Во- вторых, это было трагическое стечение обстоятельств, вызванное неустроенностью на новом месте жительства, трудностями переезда и т.п. В- третьих, в силу не выясненных причин заметное число немецких переселенцев из Поволжья, задержавшись в районе Армавира в конце 1880-х – начале 1890-х гг., в дальнейшем мигрировало далее. Первую версию я отвергаю, так как, с одной стороны, она делает бессмысленной всю данную работу, а, с другой стороны, выглядит не правдоподобно, особенно учитывая обязательность немецких поселенцев. Скорее всего, истина находится где-то на грани второй и третьей версий. Уверенности в этом придаёт тот факт, что с 1892 по 1895 гг. регистрировалось рождений почти в 1,6 раза больше, чем в последующие 4 года. К сожалению, нельзя проследить динамику количества браков, так как книг за 1890-е гг. нет. В любом случае, появление метрических книг говорит о том, что среди армавирцев конца 1880-х – начала 1890-х годов весьма заметен стал процент немецких поселенцев. С уверенностью нельзя сказать, но можно предположить, что число их в это время превышало 2 000 чел. В рамках первой главы я попытался показать значимость метрических книг протестантской (лютеранской) церкви к. ХIХ – н. ХХ вв. по таким составляющим истории немцев Армавира как проблемы демографии, а также хронологии и направлений миграционных потоков в район Армавира. Я посчитал возможным более подробно остановиться на методах обработки и анализа данных, придав, таким образом, этому разделу учебно-методический оттенок.

23 ГЛАВА II. «НЕМЕЦКИЕ КНИГИ» КАК ИСТОЧНИК ПО СОЦИАЛЬНОЙ И ПОВСЕДНЕВНОЙ ИСТОРИИ В первой главе мы выяснили, что основными регионами, откуда приезжали в Армавир немецкие поселенцы, были Самарская и Саратовская губернии. Они давали до 90% мигрантов. Таким образом, Армавир относится к районам, как минимум, вторичной миграции немцев. Поселения, возникавшие на Северном Кавказ, в том числе и в округе Армавира, принадлежат к числу, так называемых, Tochterkolonien (дочерних колоний). Почему немцы покидали свои селения в Поволжье и переселялись на новые места? Очевидно, основной причиной была многодетность немецких семей. «На 1000 немецких жителей приходилось в европейской части России 43,8 (против 39,8 у русских), на Украине 47,3 (против 40,3 у украинцев) … рождений. В Германии в это же время эта цифра была равна 19. Среднее количество детей в семье перед 1918 г. составляло 8» (14, С. 8-9). В Армавире в 1910 г. этот показатель у немцев достигал почти 42,7 рождений на 1000 человек. Другой причиной переселения, прямо связанной с первой, был принцип минората (права наследования земельного надела родителей только младшим сыном), утверждённый в дополнениях к Манифесту 22 июля 1763 г., который приглашал иностранных граждан для поселения в Россию. Что даёт нам знание того, откуда приезжали в Армавир немецкие поселенцы? На мой взгляд, довольно много.

24 Прежде всего, можно утверждать, что подавляющей частью переселенцев были крестьяне, по крайней мере, по роду занятий в Поволжье. В условиях проживания в достаточно крупном региональном финансовом, торговом и транспортном центра, с бурно развивающейся промышленностью, каким был Армавир уже в тот период, очевидно, многим пришлось искать себе иной род деятельности, нежели тот, которым они занимались на прежнем месте жительства. Однако не буду углубляться в рассуждения на эту тему, так как они требуют привлечения дополнительных источников. В метрических книгах вопросы занятости основной массы поселенцев не прослеживаются. Знание региона прежнего проживания немцев позволяет с большой долей уверенности определить хронологию переезда в Россию их предков, и даже приблизительно их место жительства в Германии. «В 1763-1768 гг. в Поволжье поселились около 8 000 семей общим числом 27 000 душ. На горной стороне было основано 45 колоний на луговой стороне 57 колоний. Поселения были заложены строго по вероисповеданию: евангелическое вероисповедание – 66, католическое вероисповедание – 38. Немцы Поволжья в своём большинстве были выходцами из Гессена, но есть среди них и выходцы из Пфальца и Вюртемберга» (14, С. 6). Земля Гессен расположена почти в центре современной Федеративной Республики Германия. Рейнланд-Пфальц и Баден-Вюртемберг - это юго- западная часть Германии. Эти Федеральные Земли граничат со Швейцарией, Францией, Бельгией и Люксембургом. Гессен, Пфальц и Вюртемберг расположены рядом и имеют общие границы. Немцы Армавира относятся к числу, так называемых, «екатерининских немцев», прибывших в Россию, в основном, в 1760-е годы, то есть ещё при жизни императрицы. Екатерининские немцы это главным образом крестьяне, приехавшие в Россию спасаясь от хозяйственной нужды на родине, солдатчины и податей, ограничений вероисповедания, а также, в отдельные периоды, из-за войн и оккупации.

25 Наиболее заманчивыми пунктами Манифеста от 22 июля 1763 года для переселенцев, надо полагать, стали: свободный выбор места жительства, свобода вероисповедания, освобождение от податей и военной обязанности. Таким образом, можно сделать вывод, что около 90% немецких поселенцев Армавира и округи были потомками выходцев из Юго-Западной Германии, и проживали на территории Российской империи, к моменту переселения на Северный Кавказ, уже более ста лет. На мой взгляд, важным является проблема вероисповедания немцев Армавира. Метрические книги предоставляют богатый материал по этому вопросу. В книги записей актов крещения и рождения, а также актов бракосочетания обязательно вносились сведения о конфессинальной принадлежности родителей жениха и невесты. Всего встречается три вида записей: «лютеране», «реформаты», «католики». В таблицах 1 и 2 (Приложения 1, 2) выделены соответствующие колонки, в которые внесены эти сведения. Таблица 1 «Сведения о рождаемости среди немецких поселенцев Армавира» охватывает период с 1890 по 1910 гг. В это время 2 006 детей родились в семьях, где оба родителя лютеране, 128 детей в семьях, где один из родителей лютеранин, а другой реформат и 81 ребёнок там, где оба родителя реформаты. Удивительно, но ни одного случая, где родители (или один из них) были бы католиками не зарегистрировано. Можно было бы предположить, что в книгах «Протестантской (лютеранской) церкви» их быть и не должно было. Однако, в книгах записей актов бракосочетания в 1902 и 1909 гг. зафиксировано 4 брака, где одна из сторон исповедовала католичество. Надо заметить, что отдельных метрических книг католической церкви в АОАА не обнаружено. В таблице 2 отмечено, что среди вступивших в брак с 1899 по 1910 гг. 269 пар были лютеранскими, в 31 паре один из будущих супругов был лютеранином, а другой(-ая) реформатом, 5 пар были реформатскими и 4 семьи, как уже отмечалось, создали лютеране и католики.

26 На диаграмме 8 (Приложение 11) показано сравнительное процентное соотношение супружеских пар по форме вероисповедания. Около 90% из них были сугубо лютеранскими. Этот показатель почти одинаков, как по данным метрических книг записей о браке, так и о рождении. Если перевести сведения таблиц из «пар» в «человек», то получится, что за 21 год в книгах записей о рождении лютеране упоминаются 4 140 раз, реформаты – 290 раз. Вступили в брак за период с 1899 по 1910 гг. 573 лютеранина (-ки), 4 католика (-чки) и 41 чел. из числа реформатов. Надо отметить, что в книгах записи о рождении за такой длительный отрезок времени есть не мало лиц, упоминаемых не единожды. По этой причине, надо полагать, что более надёжно и объективно будет обращаться к процентным соотношениям между конфессиональными группами. Из приведённых данных следует, что переселялись в район Армавира представители протестантской части екатерининских немцев. Упоминания о католиках в метрических книгах встречаются крайне редко. Надо заметить, что вступавшие в брак католики вообще не были выходцами из Поволжья. Если быть точным, то речь должна идти о католичках, поскольку во всех четырёх парах этого вероисповедания придерживались невесты. Они были происхождением из Екатеринодара, Вильно и Анфеновского (?), а одна числилась подданной Австрии (6, ЛЛ. 22, 90, 96, 99). Согласно приведённых выше сведений, в 1760-е годы в Поволжье основано 38 колоний, где поселенцы исповедовали католицизм. В «немецких книгах» АОАА сколько-нибудь заметного числа переселенцев оттуда не зафиксировано. Насколько интегрированы были лютеране и реформаты в Поволжье, и изменилась ли картина на новом месте жительства? С некоторыми оговорками «немецкие книги» позволяют судить и об этом. Совершенно очевидно то, что браки между лютеранами и реформатами были делом обычным. Но вот, что обращает на себя внимание. Возьмём период с 1899 по1910 гг. по сведениям о рождаемости и браку. За это время у пар

27 лютеран и реформатов родилось 82 ребёнка, а у чисто реформатских – 53. Соотношение, примерно, равно 1,55. В это же время создали семьи 31 пара лютеран и реформатов и только 5 пар, где оба супруга были реформатами. Здесь соотношение – более 6 в пользу смешанных пар. На мой взгляд, из этого совершенно очевидно следует вывод о том, что большинство пар детородного возраста, где оба супруга были реформатами, сложилась ещё на прежнем месте жительства (кстати, это косвенно подтверждает версию о хронологии миграционных потоков, рассматриваемую в первой главе). Следующая проблема: жили ли реформаты и лютеране в Поволжье совместно или в отдельных колониях? Для ответа на этот вопрос мной были проанализированы поимённые списки поселенцев из метрических книг записей о рождении и браке (Приложение 12. Табл. 6). К сожалению, записи о рождении и крещении ребёнка не всегда содержали точные сведения о вероисповедании обоих супругов. Например, запись могла выглядеть так: «он лют. она реформат. вероисповед.», но чаще всего указывалось собирательно одно из вероисповеданий. При этом, очевидно, это делалось по мужу, значилось также и место его поселения, а у жены нет. На мой взгляд, именно таким образом среди населённых пунктов в таблицу 6 оказались некоторые селения Самарской губернии: Блуменфельд, Визенмиллер, Канн, Филиппсфельд, Франкрайх, Эренфельд, Яблоновка. Сведения о реформатах из этих колоний по метрическим книгам о браке не подтвердились. В этом числе также и Розенталь, но шесть выходцев такого ограниченного по численности (в Армавире) конфессионального направления - это уже достаточно много для того, чтобы отмести сомнения. Надо сказать, что в Саратовской губернии число упомянутых колоний, где жили реформаты, почти в два раза меньше, чем в Самарской, а численность выходцев оттуда почти в полтора раза больше. Можно сказать, что большинство реформатов, мигрировавших в Армавир из Поволжья, были поселенцами 10-12 населённых пунктов, основная часть которых находилась в Саратовской губернии. Это говорит о том, что после выезда из Германии, в своё время, они селились на Волге преимущественно компактно. «Преимущественно» потому,

28 что не редки сведения о лютеранах из Сплавнух, Шендорфа, Гнаденфельда, Усть-Солихи, Ключей не говоря уже о тех колониях, которые определены двумя абзацами выше, как сомнительные реформатские. Вместе с тем, не известно когда на их территории появились лютеране. Вполне возможно, что первоначально, в момент образования поселений их там не было. Надо полагать, что главными причинами определённого разделения по колониям в Поволжье, в данном случае, были не оттенки конфессиональных различий, а принцип землячества. То есть, в одну колонию селились те, кто и в Германии жил примерно в одном районе. Лютеране и реформаты принадлежат к различным ветвям протестантизма, они не имеют принципиальных расхождений в отправлении культа, и, очевидно, вполне мирно соседствовали и уживались. Записи метрических книг АОАА лишнее подтверждение этих слов. В метрических книгах записей о браке мне не встретилось ни одного свидетельства о венчании немцев (протестантов или католиков) с приверженцами других религий. Нет записей о браках с православными или представителями армяно-григорианской церкви, не говоря уже о мусульманах или иудеях. Из этого можно заключить, что таких семей либо не было вовсе, либо они регистрировались в храмовых книгах других церквей. В период с 1899 по 1910 гг. протестантской (лютеранской) церковью Армавира зафиксировано восемь браков с участием иностранцев. В большинстве это были подданные Пруссии – 6 браков. При этом, в одном из случаев и жених, и невеста были из этого государства (58 (об.)). Кроме того, был повенчан в Армавире один подданный Дании (6, Л.47), а также вышла здесь замуж одна австрийская подданная (6, Л.90). Коль скоро речь зашла о метрических книгах записей актов бракосочетания, надо заметить, что они позволяют судить о некоторых особенностях отношения немцев к семье.

29 Продолжая тему, начатую в первой главе, отметим, что около 80% мужчин женились в возрасте до 30 лет, и более 80% женщин – до 25 лет. Надо подчеркнуть, что в последующих возрастных категориях доля вторично вступавших в брак возрастает, нередко достигая абсолютных показателей (после 40 лет). Поэтому можно сказать, что вступавших в брак мужчин до 30 лет и женщин до 25 лет реально было значительно больше 80%. Если представить себе типичный вариант брачной пары немецких поселенцев, то это будут молодые люди: она – до 20-22 лет, он – 20-25 лет. Приблизительно, такой как в этом примере была и наиболее распространённая разница в возрасте. Те пары, где жених был старше невесты более чем на 10 лет за период с 1899 по 1910 гг. составляют примерно 6,7% (21 пара). В 9% возникших в этот период семей жёны были старше (28 пар), из этого числа, только в двух парах невесты были старше женихов более чем на 10 лет. Браки, заключённые между ровесниками составили примерно 6%. Таким образом, приведённый выше пример наиболее типичной брачной пары немецких поселенцев (вычитая более старшие возрастные категории) встречался приблизительно в 62% случаев. Небезынтересна статистика браков, где один или оба супруга создавали семью повторно. Всего таких пар за 12 лет сложилось ровно 70, что составляет довольно большой процент от общего числа – около 22,5. Сами эти браки делятся на три категории, которые позволяют судить об отношении тогдашних немцев Армавира к проблеме повторного создания семьи. Подавляющее большинство венчавшихся повторно были вдовами или вдовцами. Единственный раз в записях метрических книг упоминается о том, что семейное положение одного из супругов «разведён». В 1908 г. вдовец Генрих Киндефатер 44 лет женился на Екатерине Елизавете Бастрон разведённой. Любопытно, что Екатерина Елизавета была замужем за Даниилом Якуноровым (судя по имени и фамилии, скорее всего, он не был немцем), а Бастрон – это её девичья фамилия (6, ЛЛ. 67(об)- 68).

30 Только дважды встречаются сведения о последующем разводе. В графе «общие замечания», согласно более поздней записи, брак Готфрида и Лины Сонненгрин, поженившихся в 1910 г., был расторгнут 25.02.1927 г. (6, Л.85). Также уже в советский период разошлись Генрих и Амалия Кинцель. Произошло это в 1929 г. после 20 лет совместной жизни (6, Л.82). Больше записей о расторжении брака за период с 1899 по 1910 гг. (309 браков) я не нашёл. Записи о семейном положении удивительно однообразны: «холост», «девица», «вдовец», «вдова», только однажды - «разведённая», и два раза – «не конфирмована». Такая запись характеризует семейное положение Елизаветы Гердт, которой было отказано в венчании (6, Л.179), а также 15-летней Амалии Шнейдер, благополучно вышедшей замуж за 22-летнего Иоганна Георга Гейнцеля 30 августа 1909 г. (6, Л.78). Данный брак был исключителен ещё и потому, что за 12-летний период, рассмотренный здесь, это был единственный случай, когда невесте было менее 16 лет. По крайней мере, официально. То есть, традиции и нормы морали, в принципе, допускали венчание 15-летних невест, но отнюдь не одобряли это. Данный случай следует считать из ряда вон выходящим событием, которое могло быть вызвано исключительными обстоятельствами. Затронув один из крайних возрастных пределов венчающихся, хотелось бы остановиться и на некоторых других примерах. Так, самой возрастной парой, вступившей в брак в период с 1899 до 1910 г., стали: вдовец Георг Гейнрих Виттер поселенец села Константиновка Самарской губернии и Анна Елизавета Штюрц ур. Бальцер поселенка села Водяно-Буерак Саратовской губернии. Ему было 63 года, а ей 58 лет. Венчание произошло 27 мая 1910 г. (6, ЛЛ. 88(об.)-89). Самая большая разница в возрасте, среди вступающих в брак, зафиксирована 11 сентября 1905 года. В этот день поженились вдовец Гейнрих Циг 63-х лет и девица Мария Екатерина Эйрих 37-ми лет (6, Л. 40). Отдельно следует сказать о графе «общие замечания» в метрических книгах записей о браках. Складывается впечатление, что до 1909 г. она

31 игнорировалась, или считалась совершенно произвольной и, в итоге, всё равно не заполнялась. С 1909 года появляются комментарии почти на каждой странице. Они вводят нас в беспокойный и тревожный период в жизни «молодых», готовящихся к свадьбе. Не всегда он заканчивался благополучно. Первый же комментарий посвящён паре, отложившей венчание. В тот же день по поводу второй пары отмечено: «не повенчаны», а их имена и остальные данные вычеркнуты из книги (6, Л. 76). Из этого можно заключить, что сведения о вступающих в брак вносились заранее. Это и не удивительно, так как до венчания необходимо было, как минимум, дважды огласить уговор. Делалось это, чаще всего, с перерывом в неделю. Таким образом, от первого оглашения и до венчания проходили примерно две недели. Но нередко этот период мог быть и дольше. Это было связано со сроками проведения обрядов, приуроченных к приезду духовных лиц из Ставрополя, Пятигорска или Ростова-на-Дону. В отличие от крещения и особенно смерти, в данном случае немецкие поселенцы предпочитали, чтобы обряд проводили лица высокого духовного звания. Это и понятно, крещение можно было отложить на некоторое время, но, учитывая высокий уровень детской смертности, поселенцы старались этого не делать. Обряды же, связанные со смертью, запланировать и приурочить к приезду пастора, например, из Ростова, и вовсе было нельзя. Обращают на себя внимание периоды проведения бракосочетаний. Наиболее интенсивно венчались осенью, реже зимой и весной, а вот летом свадеб практически не было. В июле браков не заключали вообще. Не каждый год бракосочетания встречаются и в июне. В августе обряды проводились, но только в самом конце месяца. Венчания осуществляли приезжие священнослужители из более крупных центров лютеранской церкви (см. выше). Бывали они в Армавире два-четыре раза в год. Например, в 1902 г. пастор Бонвег был в Армавире дважды. Второго июня он обвенчал всего две пары (6, Л.20). Затем пастор приехал только 17 ноября. В

32 Армавире его ждали ровно 30 пар (!), желавших заключить брак (6, Л. 21-29). Это стало своеобразным рекордом по числу венчаний, проведённых в один день. Надо думать, что 17 ноября 1902 г. мало нашлось бы немецких поселенцев, не гулявших на какой-нибудь свадьбе. Далее, Бонвег был в селении 22 февраля, когда обвенчал одну пару; потом 21 сентября – 3 пары; после этого – 13 декабря – 10 пар (6, Л. 29-33). Бонвег был пастором «Пятигорского Евангелического общества (?)». Эту информацию можно проследить по последней странице книги записей о браке за 1899 - 1911 гг. (6). Печать проставлена с удивительно точным наклоном и расположением относительно среза страницы, и по этой причине последнее слово не удалось толком различить. Пастор Бонвег не был единственным духовным лицом в рассматриваемый период, который проводил обряды у армавирских немцев. С 1899 по 1901 гг. венчание совершал пастор Трейфельдт (6, ЛЛ. 2-13), а с мая 1904 по декабрь 1906 гг. пастор Кериг (6, ЛЛ. 35-57). Довольно долго проводил обряды пастор Мартинсен (1907-1908 гг.) (6, ЛЛ. 58-71). В 1908 г. появляется несколько записей о том, что обряд совершался в молитвенном доме пастором Николь в Ростове- на-Дону (6, ЛЛ. 71-74). С 1908 г. пастор Николь (в книга записывался иногда как «Ниголь» или даже «Нигола») венчал в Армавирском Евангельческом лютеранском молитвенном доме (6, ЛЛ. 74(об.)-75). С 1909 г. появляются упоминания пастора Аксима (6, ЛЛ. 75). Очевидно, приезд духовного лица был заранее оговорён. Поэтому все сроки предварительного сговора (оглашения) приурочивались к этому событию. В один день проходило несколько венчаний, а потом их могло вовсе не быть несколько месяцев. Метрические книги записей о рождении предоставляют не менее богатый материал. Как уже упоминалось в первой главе, запись в книгу вносилась согласно дате крещения. Сведения о ребёнке (См. прил. 18) содержали информацию о

33 дате рождения с точностью до часа, например, «февраля 5-го 1892 г. в 6 ч. утра». Запись о крещении указывалась с точностью до дня. Так как этот обряд проходил, чаще всего, в специально отведённые дни, то такие сведения вносились только у первого по списку, а далее следовала запись «так же» или «то же». Сведения о рождении и крещении нумеровались с «1» с началом каждого года. В данные метрические книги вносились также и те, кто оказался не крещён вовсе. Это были мёртворожденные дети или умершие вскоре после рождения («слаборожденные»). В таких случаях никогда не значилось имя, а просто указывалось «мальчик» или «девочка», и кем были родители. К слову сказать, таких детей было относительно немного (см. Гл. 1). За 21 год процент мёртво- или слаборожденных детей и умерших до крещения составил чуть более 4,8% от общего числа родившихся. Эта причина смерти по распространённости занимает пятое место из двенадцати основных причин, выделенных мной в таблице 3 (Прил. 4). Судя по тому, что даты записей о крещении вносились в книгу с периодичностью 6-7 дней (реже 13-14), можно предположить, что это были выходные дни. Для того, чтобы крестить ребёнка поселяне не всегда дожидались пастора из Ростова, Ставрополя или Пятигорска. Вероятно, велик был страх, порождённый набожностью лютеран, что ребёнок может умереть не крещённым. Основания для этих опасений у них, безусловно, были. Напомню, что смертность среди детей первого года жизни в период с 1890 по 1910 гг. в семьях немецких поселенцев составила 28,9%. В начале 1890-х гг., также как и венчания, обряд крещения чаще всего проводил пастор Трейфельдт. В период его отсутствия крестил детей кистер Роудсен, имени которого нет в книге записей о бракосочетании. Записи о крещении свидетельствуют о менее строгом характере места и времени проведения этого обряда. Он мог совершаться даже не священнослужителем, и не обязательно в молитвенном доме. Нередко можно встретить, например, такие записи о месте крещения: «В доме (,) поселянкой Анна Христина Гегель» (2, Л. 15) или «В доме пос. Брем» (2, Л.52), «В доме акушрек. Брем» (2, Л.52). Эти

34 записи чрезвычайно важны. В первом случае можно заключить, что ребёнок был крещен на дому родителей, или в доме А.-Х. Гегель и, очевидно, обряд был проведён именно ей. Это ясно по формулировке фразы. Имя же поселянки Брем ещё не раз встречается в дальнейшем на страницах «немецкой книги» регистрации рождений за 1889-1897 гг. (2). В одной из записей, приведённых выше она упоминается как поселянка, а в другом как акушерка. Также и в дальнейшем. Можно утверждать, что она практиковала на протяжении всех 1890-х гг., помогая немецким поселянкам разрешиться от бремени. Часто в её доме крестили детей. Это происходило либо в день рождения, либо 2-3 дня спустя. Из этого можно заключить, что Брем располагала возможностью оставить роженицу у себя на несколько дней, если в этом была необходимость. Крестили не только в молитвенном доме или у себя, но также и в домах поселенцев, которые не принадлежали никому из родителей или крёстных младенца, если судить по их именам. Подавляющее число детей с 1889 по 1897 гг. было крещёно пастором Трейфельдтом и кистером (чаще записан как «окружной учитель» или просто «учитель») Роудсеном. Последний продолжал исполнять эти обязанности и далее, о чём свидетельствуют записи второй метрической книги о рождениях (5). Учитель Роудсен крестил детей вплоть до 1907 г. Примерно с августа этого года его заменяет пастор Мартинсен. Однако в 1908 году имя Роудсена встречается ещё несколько раз. Долгие годы крестивший детей немецких поселенцев окружной учитель Роудсен совершил свой последний обряд 2 июня 1908 г. Он окрестил девочку по имени Екатерина Елизавета, которая была дочерью Готфрида и Екатерины Елизаветы Мартин (4, Л.198). С 1908 г. начинает крестить детей учитель Гергерт. В 1908 и 1909 гг. иногда встречается имя пастора Николь, крестившего детей (4, ЛЛ.216-218, 222). Но по-прежнему большинство обрядов совершал Гергерт.

35 Иногда, в период после 1898 г. встречаются записи о крещении детей самими поселянами. Например, в 1898 г Сара Валгер была окрещена отцом (4, Л. 2). В том же году Фридрих Шиц окрещён акушеркой Евой Гердт (4, Л.3). Любопытную запись внесли в метрическую книгу в 1898 г. Екатерина Елизавета – дочь Карла и Анны Марии Фишер была крещена отцом, при этом отмечено, что восприемников (Ш.В.: вероятно аналог крёстных родителей) не было вовсе. Вместе с тем, это обстоятельство не помешало внести имя ребёнка в метрическую книгу на законных снованиях. Надо отметить, что подобные случаи носили, буквально, единичный характер. Видимо, только исключительные обстоятельства заставляли поселян отказаться от услуг специально предназначенных для проведения крещения лиц. Таких людей на протяжении более чем 20 лет, не учитывая редких исключений, мы встречаем только пять (Роудсен, Трейфельдт, Гергерт, Николь и Мартинсен). Двумя абзацами выше были упомянуты такие важные участники обряда крещения как восприемники. Я отметил, что это «вероятно» аналог крёстных родителей, например, у православных. Прямо из текста книг этот вывод не следует. Однако я специально не занимался поиском подтверждения этой версии, так как трудно предположить, при всех различиях отдельных направлений христианства, кем ещё эти «восприемники» могли быть для младенца. Из записей «немецких книг» очевидно, что лютеране (и реформаты) придерживались несколько иной традиции в выборе восприемников, нежели православные в выборе крёстных родителей. Это касается, прежде всего, их числа. В подавляющем большинстве восприемников было трое. Чрезвычайно редко их было двое или четверо. Однако такие случаи известны (См. напр. 2, Л. 31 или 9, Л. 67). Судя по фамилиям, восприемниками вполне могли быть родственники жены или мужа. В других случаях можно допустить, что это были близкие люди, друзья семьи и т.п. То есть, в этом отношении «крёстные» подбирались также как и у других христиан. Нередко в числе трёх восприемников оказывалась супружеская пара. Соотношение числа мужчин и женщин строго не устанавливалось. Известны случаи, когда восприемниками

36 могли быть только мужчины. Таких примеров в отношении женщин я не встретил. Случай самого позднего крещения зафиксирован 3 декабря 1906 г., когда этот обряд принял Авраам Боль (реформат), родившийся 10 мая 1881 г., то есть в возрасте 25 лет (4, Л.166(об.)). Но, как отмечалось в первой главе, такие случаи были в то время очень редкими. В 1898 г. зафиксирована уникальная запись о том, что 12 апреля была крещена Вельгельмина, родившаяся 16 февраля 1894 г. Её отцом был Израиль Кибергис «персидский подданный», мать – Фредерика урождённая Герман. Оба лютеране (4, Л. 4). Очевидно, Израиль Кибергис был из числа евреев, перешедших в христианство. Правда это не объясняет почему именно в протестантизм, да к тому же будучи персидским подданным. Короче говоря, сколь не велико было желание «обнаружить» немцев, из числа живущих за пределами Германии, аж в Персии, я думаю, что от таких выводов надо воздержаться. Следующая проблема, о которой надо сказать в этом разделе, это отношение немцев к законности института семьи. Показателем этого может служить число незаконнорожденных детей. Всего, более чем за два десятилетия, их появилось на свет 39, что составило около 1,76% от общего числа родившихся. Очевидно, что это явление считалось крайне негативным. Немецкая община, судя по материалам метрических книг, была чрезвычайно консервативной. Известны только два случая, когда в числе восприемников оказывались русские. К сожалению, не уточнялось, были ли они лютеранами, но с большой долей вероятности можно предположить, что не были. Причём, оба этих случая связаны с незаконнорожденными детьми. В 1898 году, при крещении незаконнорожденного сына Евгении Отто из Митавы Курляндской губернии, восприемниками выступили дворянин Виктор Лунин и акушерка Зоя Бакунина (4, Л. 13). В 1901 году, когда крестили незаконнорожденную Елену Циглер, наряду с двумя немцами, в числе восприемников числилась и некая Василиса Ефремкова (4, Л. 51). Как и в

37 первом случае, мать девочки не относилась к «екатерининским немцам» - она была подданная Пруссии. Эти примеры говорят о том, что, не имея прочных социальных связей внутри общины, матерям незаконнорожденных детей весьма затруднительно было найти желающих выступить восприемниками из числа немецких поселенцев. С другой стороны, стоит обратить внимание на то, что для представителей других конфессий (по крайней мере, православия) не было непреодолимых запретов на участие в крещении лютеран. Мной были проанализированы списки рождённых за 15 лет (с 1890 по 1904 гг.) с целью выяснения того, как называли новорождённых немецкие поселенцы чаще всего. В таблицах 7(а) и 7(б) (Приложение 13) приведены по сорок наиболее употребляемых в это отрезок времени имён. Среди мужских безоговорочно лидируют три имени: Александр (92 младенца), Гейнрих (86) и Иоганн (79). Нередко встречаются двойные мужские имена, но не так часто как у женщин. Из числа наиболее употребимых мужских – Иоганн Георг (43), Иоганн Гейнрих (16) и Иоганн Фридрих (15). У женщин таких имён пять (См. табл. 7(б)). Самым распространённым среди немецких поселянок Армавира, родившихся в это время, было имя Амалия. Так назвали 77 девочек. Уступали по распространённости, но также были весьма популярны, такие имена как Мария (53), Мария Екатерина (52), Екатерина Елизавета (41), Екатерина (39). Всего насчитывалось до восьми двойных мужских имён и до тринадцати женских (возможно какие-то очень редкие были упущены). У мужчин наиболее распространены вариации с именем Иоганн, при этом, оно всегда ставилось первым. У женщин в роли таких имён чаще всего выступали Мария и Екатерина, реже – Анна и Ева. Переходя к завершающей части этого раздела, остановимся на метрических книгах записей актов о смерти. Из того, что уже написано выше о возрастных группах умерших, динамике смертности в различные периоды жизни ясно, что в то время у смерти, образно говоря, было «детское лицо». Действительно, более чем трём четвертям

38 родившихся не суждено было дожить до совершеннолетия. Первая же запись, внесённая в только что начатую метрическую книгу, свидетельствует о том, что в Армавире умерла некая Натали двух лет и восьми месяцев от роду. Её отцом был Кристиан Вебер, имя матери Катарина Луиза. Девочка была погребена 6 января 1890 г. (3, Л. 1(об.)-2). Неслучайно наиболее распространённые причины смерти, внесённые в таблицу 3 (Прил. 4), это детские заболевания, диагнозы и симптомы. Надо отметить, что в современном понимании диагноз заболевания и причина, приведшая к смерти, это не обязательно одно и то же. В рассматриваемый период в такие подробности не вдавались. Поэтому самыми распространенными причинами смерти за два десятилетия стали понос (293 случая) и судороги (197) и только на третьем месте такое распространённое в то время, и чрезвычайно опасное заболевание как оспа (179). Надо сказать, что понос и судороги у детей представляют собой клинические проявления широкого спектра заболеваний и врождённых патологий: от инфекций, вызванных простейшими, до тяжёлых генетических патологий. Поэтому, в данном случае, о распространённости и видах детских заболеваний, сопровождающихся поносом и судорогами, можно судить только предположительно, вооружившись медицинской энциклопедией. Холера была страшным заболеванием, уносящим в могилу жителей селения десятками и сотнями. Это позволяет предположить малочисленность немецкой общины Армавира в сравнении с русскими армянами. Ведь даже немцев в 1892 году умерло от этой болезни 85 чел. Сколько же всего было по селению? Ответ на этот вопрос могут дать метрические книги армяно- григорианской и русской православной церквей, хранящиеся в АОАА. Всего за два десятилетия от этой болезни умер 101 немецкий поселенец. Холера – это исключение в списке первых шести причин смерти, которые вполне можно охарактеризовать как «детские».

39 Четвёртой по распространённости причиной смерти среди немев Армавира конца ХIХ – ХХ вв. была корь. Ясно, что и этот показатель «поднят» именно за счёт детей. От кори умерло 113 человек. И уже не кажется удивительным, что пятая по числу умерших причина это «мертворожденные» или «слаборожденные» дети. Их было 107. И только далее в этом печальном списке следует тиф, различным разновидностям которого были одинаково подвержены и взрослые, и дети (102 смерти). В метрических книгах не всегда указывался вид тифа, например, брюшной или сыпной, поэтому в таблице это заболевание представлено одной колонкой. Немало умерло от простуды и воспаления лёгких – 82 чел. Как я уже отмечал в первой главе, некоторые заболевания (холера, оспа, корь) носили более или менее выраженный эпидемический характер. В отличие от них, например, от тифа умирали почти каждый год, примерно, по 3-5 человек. Исключение составили 1892 и 1893 гг. (соответственно умерших от тифа – 38 и 13 чел.), но, как отмечалось выше, эти годы были исключительны не только в этом. Не более 5-7 человек, но регулярно, умирали от чахотки. Это уже «взрослый» диагноз. Особое место в перечне причин смерти занимает такой диагноз как «сухотка». «Сухотка ж. болезнь истощенья питания, или непомерная худоба, болезненное изнуренье. Детская сухотка, детская болезнь, собачья старость. Нападет сухотка, так не отъешься. У него в кармане чахотка, в сундуке сухотка». Такое объяснение сухотки даёт В.И. Даль (15). Сходно, но более лаконично, выглядит определение этого слова в толковом словаре Ожегова: «болезненная худоба» (16). Надо сказать, что от сухотки умирали только дети, если доверять записям метрических книг. В 1892 году умерло от неё 29 детей, а годом спустя 13. После 1899 года этот диагноз исчезает. Этот факт, в очередной раз, не может не обратить внимания, условно говоря, на «проблему начала 1890-х гг.». Такое состояние детей должно говорить о сильной нужде и неустроенности поселенцев, в основной массе, вероятно, лишь недавно прибывших в Армавир.

40 Впрочем, это только версия, и она нуждается в подкреплении сведениями из других источников. В Армавире бывали вспышки дифтерии. Отдельно в таблице 3 это заболевание не выделено, войдя в колонку «другое». Вместе с тем, можно отметить, что оно имело слабовыраженный эпидемический характер, и по распространённости было сопоставимо с коклюшем (34 смерти). Среди немецких поселенцев чрезвычайно низким был процент смертей в результате несчастного случая или насильственных действий. За весь рассмотренный период таких эпизодов было всего 14 (0,75% от общего числа умерших). Первый случай убийства зафиксирован в 1892 году: погиб Иоганн Давид Веймар 24 лет от роду, холостой. Случилось это 27 сентября в 3 часа утра (3, Л. 105). Всего за два десятилетия отмечено два самоубийства, причём одно из них совершила в 1910 г. гувернантка Оттилия Рейнхольдт. Она была родом из Гермении и к числу поселенцев не принадлежала (5, Л 201). Оба самоубийства – повешения. Комментарии причин насильственной смерти могли быть достаточно подробными. Например, «умер от раны, нанесённой во время драки» (5, Л. 218), «от огнестрельной раны в живот» (5, Л. 94), «задавлен вагоном» (5, Л. 219), «ушиб лошадью» (5, Л. 51), «задавлен извозчиком» (5, Л. 25) или просто «утоп» (5, Л. 47). По материалам метрических книг, в некоторой степени, можно следить за развитием медицины, но в большей мере, как представляется, за развитием медицинского образования и уровнем подготовки провинциальных врачей. Какие же ещё записывались причины смерти? Встречались такие неопределённые формулировки как «внутренние болезни», «расстройство пищеварения», «воспаление кишок», «боль в суставе», «кашель», «от зубов». В 1894 году был случай смерти от сибирской язвы (3, Л. 59). Бывало, что умирали немецкие поселенцы и от сифилиса (5, ЛЛ. 61, 71). Запись «умерла от родов» встречается только два раза. Изредка внесены такие формулировки причин смерти как «флюс», «нарыв», «воспаление мозга», «опухоль», «золотушное

41 худосочие». За весь период диагноз «острый гастрит» поставлен только однажды. С 1898 г. встречаются такие причины смерти как «апоплексия», «желудочный катар», «капиллярный бронхит», «воспаление слепой кишки». Диагноз «рак» ставился уже с конца XIX века, но зафиксирован всего 3 раза. С 1901 г. среди записей о причинах смерти начинает упоминаться язва, с 1902 года появляются свидетельства о таких болезнях как круп и малокровие. Истощение, как причина смерти, указывается только однажды (5, Л. 36). Метрические книги записей актов о смерти содержат лаконичные, но яркие свидетельства личных и семейных драм. Так, например, 24 января 1901 г. у выходцев из Херсонской губернии Генриха Бохмана и его жены Регины родился сын, который умер почти сразу. Прошло три дня, и умерла сама Регина. Хоронили их в один день 28 января 1901 г. (5, Л. 33 (об.)). Или другой случай. У Николаса и Марии Екатерины Диль 24 июня 1892 г. родилась тройня (девочки). К сожалению, все дети умерли вскоре после рождения (2, Л. 19(об.) - 20). Самая старая поселянка умерла в 1900 г. 28 декабря в 10 часов утра. Это была Анна Екатерина Ломан, вдова Иоганна Петера Ломана, урожденная Шпенглер Ей было 93 года, и родилась она в Саратовской губернии в посёлке Крестовой Буерак (5, Л. 31(об.) -32). Были случаи, когда свою смерть в Армавире находили подданные других государств. Таких нашлось за 20 лет двое, и оба они были из Пруссии. Одним из них был Генрих Карл Кейзевурм, скончавшийся «от пулевой раны» 13 августа 1903 г. в возрасте 62 лет (5, Л. 66). Материалы метрических книг, рассмотренные в этой части работы, позволяют составить некоторое представление о немецких поселенцах Армавира, их нравах, традициях, отдельных нормах морали. Немецкая община предстаёт как довольно замкнутый социум с высоким уровнем корпоративности. В сфере традиций и нравственности немцы были достаточно консервативны

42 Подавляющим большинством протестантов (лютеран и реформатов) Армавира были, так называемые, «екатерининские немцы», на 90% переселенцы из Поволжья.. Метрические книги записи актов рождения, бракосочетания и смерти представляют собой важный источник по социальной истории и истории повседневности, который, безусловно, станет гораздо более информативным, чем в этой главе, если будет дополнен документами и свидетельствами другого рода. ГЛАВА III. ОПЫТ РЕКОНСТРУКЦИИ ГЕНЕАЛОГИЧЕСКОЙ ЛИНИИ Моё знакомство с метрическими книгами протестантской (лютеранской) церкви Армавира рубежа ХIХ и ХХ вв. началось с попытки выяснить имена и обстоятельства жизни некоторых моих предков. После трёх-четырёх дней работы, подаривших мне несколько удивительных открытий, я понял, что мне под силу восстановить целую генеалогическую линию, о которой прежде было весьма туманное представление. Чтобы было ясно, какие исходные данные я имел, для построения своих версий и доказательств состоятельности гипотез, мне необходимо коротко остановиться на некоторых известных и прежде фактах истории своей семьи, назвать отдельные имена и т.п.

43 Представление о генеалогической линии семьи Шнайдер в том виде, в котором они были у меня и всего ныне здравствующего среднего и старшего поколения, наглядно показаны на схеме 1 (Приложение 15). Генеалогическое древо, составленное мной ещё лет 10 назад по отцовской и материнской линиям, не отличалось одинаковой длинной своих ветвей. Исторические и семейные обстоятельства таковы, что та линия, фамилию которой я ношу, была едва ли не самой короткой. Почему? Во-первых, сложные и противоречивые события военных лет, вмещающие в себя репрессивные действия против советских немцев, фактически, по признаку национальной принадлежности, привели к ослаблению внутренних социальных связей, к разрушению немецких общин в местах их исторического формирования, к ослаблению чувства этнокультурной уникальности. На этом историческом фоне происходило разрушение корпоративного характера немецких колоний и общин внутри более крупных населённых пунктов. Короче говоря, многие немецкие семьи затрагивает процесс социо- и этнокультурной ассимиляции. Депортация не прибавила исторического оптимизма. Нередкими стали случаи отказа от немецких фамилий, записывание детей «русскими» и т.п. В полной мере эти явления затронули и мою семью. Например, мой отец родился в январе 1940 г. и носит фамилию Шнайдер, а его родной брат, при тех же родителях (кстати, никогда не разводившихся), но появившийся на свет в сентябре 1944 г., был записан на девичью фамилию матери (Торгашёв). Во-вторых, примерно в конце 1920-х – начале 1930-х гг. отец моего деда оставил семью. Этот факт рассматривался как явление из ряда вон выходящее и подвергался самой негативной оценке. Это был чрезвычайно драматичный эпизод. В результате, о прадеде говорили довольно скупо. Совокупность этих двух обстоятельств определила тот факт, что отдельные эпизоды семейной истории, в том числе дореволюционного периода, получили избирательное освещение.

44 Итак, какие же сведения я имел, реконструируя важнейшую генеалогическую линию своей семьи? Прежде всего, следует назвать имена тех, кто стал главными действующими лицами моего «расследования». Прабабушка – Мария Яковлевна Шнайдер (год рождения известен приблизительно: примерно середина 1890-х гг.) умерла 29 октября 1966 г. Девичья фамилия не известна. Прадед – Андрей (отчество не известно) Шнайдер (год рождения не известен) умер в период пребывания на спецпоселении в районе г. Нижний Тагил, в результате неудачной хирургической операции (т.е. после 1941 г.). Дед – Александр Андреевич Шнайдер (12 июня 1912 г. – 21 июня 1974 г.). Кроме того, надо сказать, что дед был единственным ребёнком в семье (так считалось), и родился он в Армавире. Известна была фамилия в замужестве родной сестры Марии Яковлевны. Она была Вельш. Ещё, пожалуй, надо упомянуть одно семейное предание, датированное примерно началом ХХ века. По словам прабабушки, её отец, вместе с несколькими своими братьями, которые тоже уже имели семьи, по каким-то не вполне понятным причинам, принял решение вернуться в Германию. По прибытии на историческую родину мнения братьев о своей дальнейшей судьбе разделились. Отец прабабушки по истечении какого-то времени решает вернуться в Россию, а остальные его братья и их семьи так и остаются в Германии. Об этой поездке прабабушка сохранила самые смутные воспоминания по причине малолетства. Было известно, что в начале двадцатых гг. ХХ в. прадед вместе с женой и сыном (моим дедом) покидает Армавир и живёт в станице Советской, а потом в Прочноокопе, где их семья и распадается. В Армавире мой дед, будучи уже молодым человеком, вновь поселяется примерно с середины 1930-х. В 1938 году он женится на моей бабушке и забирает к себе мать, но это уже прямого отношения к существу рассматриваемого вопроса не имеет.

45 Мне были известны некоторые немецкие семьи, с которыми были дружны прабабушка, и дед. Это были их «старинные» приятели, которые бывали в нашем доме, о чём я помню уже лично. И последнее. По рассказам деда нам было известно в каком месте находился дом в Армавире, который принадлежал их семье ещё до революции и какое-то время после. В этом доме прошли детские годы деда. Располагается этот дом (строение сохранилось до сих пор) на пересечении современных улиц Первомайской и Ворошилова. Собственно, с частной беседы с коллегами на эту тему всё и началось. С.Н. Ктиторов (с ним я и беседовал) уверенно сказал о том, что такие сведения наверняка содержатся в его выписках из фондов архива МУП БТИ г. Армавира, с которыми он работает не первый год. Мне ещё раз хотелось бы поблагодарить Сергея Николаевича за предоставленные материалы и помощь на начальной стадии работы. Подворная ведомость домовладения по улице Бакунина 22\18, выходящего на улицу Новую 81\33 (Ш.В.: современные улицы Первомайская и Ворошилова) включает акт, составленный 18 июня 1929 г.: «Домовладение находилось в пользовании Шнейдер А. и К.А. с 1910 г. Место было куплено их отцом в 1904 г. и застроено в 1910 г., после чего перешло по наследству сыновьям Андрею и Кондрату Андреевичам». И далее там же приводится решение народного суда от 27 апреля 1923 г. о том, что « …имение по улице Новой № 35 находится во владении Фёдора Штреккера с мая 1921 г., как уступленное добровольно Андреем и Кондратом Шнейдерами, владевшим им после смерти отца» (1, Л. 10). Прежде всего, надо пояснить, что фамилия «Шнейдер» и «Шнайдер» это одна и та же немецкая фамилия «Schneider». В первом случае, особенно характерном дореволюционному и довоенному периодам, немецкий дифтонг «ei» читается по буквам. Во втором случае этот же дифтонг пишется по-русски так как и произносится – «ай».

46 Вернёмся к документам. Представленные выше выписки давали мне очень много новой информации. Во-первых, я выяснил, что отчество моего прадеда было «Андреевич», а это значит, что я теперь знал имя своего прапрадеда. Во-вторых, теперь было известно, что у прадеда был брат, достаточно взрослый к 1910 г. для того, чтобы вступить в право собственности. В-третьих, с большой долей уверенности можно сказать, что прапрадед умер в 1910 г. Кроме того, подтверждался ряд обстоятельств, передаваемых изустно, в том числе, сроки отъезда семьи прадеда из Армавира теперь можно было датировать достаточно уверенно маем 1921 г. Работу с метрическими книгами АОАА я начал с того, что взял книгу записей актов о смерти за период с 1898 по 1911 гг. (5). Я надеялся найти сведения об умершем в этом году моём прапрадеде. Запись о его смерти могла подсказать имя его отца, а это значит, я знал бы своих предков уже в пятом поколении. Разочарование ждало меня сразу же после начала работы. Выяснилось, что в «немецких книгах» не принято было записывать отчество, а сведения о родителях вносились лишь в том случае, если умирал несовершеннолетний. Но зато, здесь нередко можно было встретить запись о продолжительности жизни с точностью до дня, указание место прежнего (до Армавира) поселения и т.д., о чём я уже писал в предшествующих главах. Второе разочарование было гораздо сильнее первого – я не нашёл сведений о смерти Андрея Шнайдера ни в 1910 г., ни в каком-либо другом году. Андрея Шнайдера в метрических книгах не было вообще. Тогда я решил разыскать запись о рождении моего деда Александра Андреевича. Дата его рождения была известна точно (12 июня 1912 г.) и эта работа не представлялась мне сложной. Каково же было моё недоумение, когда в 1912 г. записи о рождении деда я не нашёл. Однако, как известно, записи в книгах о рождениях заносились по дате крещения, и стал просматривать последующие годы. И действительно, 17 июня 1914 г. был крещён мальчик по имени Александр, родителями которого были Генрих Шнейдер и Амалия (урождённая Мауль) поселяне села Визенмиллер Самарской губернии (9, Л. 67).

47 Правда дата рождения была не 12 , а 3 июня 1912 г. Вскоре обнаружился и второй мальчик с фамилией Шнайдер и именем Александр, который родился 8 июня 1912 г. Его родителями были Освальд Шнайдер и Ева (ур. Шварцкопф), поселенцы села Фриденфельд, той же Самарской губернии (8, Л. 105(об.)). Проблема заключалась в том, что ни один из них не родился 12 июня, даже в переводе на новый стиль, и не у одного из них отцом не был Андрей, а матерью Мария. Здесь бы моим поискам и зайти в тупик. Но, изучая «немецкие книги», я обратил внимание, что имени Андрей мне не встречалось ни разу. Дело в том, что немцы в то время вообще не называли детей русскими именами. Все записи их имён это либо русские варианты, либо имена, которые можно признать интернациональными (см прил. 7(а) и 7(б)). Причём, в «немецких книгах», заполняемых, очевидно, самими лютеранами, ещё пытались как то передавать немецкое звучание. В русских же официальных документах стремились как можно более «обрусить» имя. К такого рода бумагам и относилась подворная ведомость поквартального журнала №179, на который я ссылаюсь выше. Так родилась гипотеза о том, что имя прадеда и прапрадеда было не «Андрей», и в «немецких книгах» они записаны под другим личным именем. Каким же было их имя? Подтолкнула к разгадке случайная, и казалось бы мало, что значащая, находка. В записи о рождении некоей Эммы Принц в 1914 г. отмечено, что восприемниками при крещении были Фридих Бальцер, Екатерина Лебсак и Амалия Шнейдер (9, Л. 87). Дело в том, что с семьёй Бальцер была очень дружна прабабушка и, соответственно, дед. То есть Бальцеры относились к числу тех самых «старинных» друзей, о которых я упоминал выше. Таким образом, супружеская пара Генриха и Амалии Шнейдер, имевшая сына Александра 1912 г.р., на мой взгляд, заслуживала теперь большего внимания. Могло ли немецкое имя Heinrich быть вариантом русского имени Андрей? Я рассуждал следующим образом. Дело в том, что если произносить это имя по- немецки, то оно будет ближе к французскому варианту – «Анри», нежели к

48 английскому – «Генрих». Поэтому, надо полагать, что русский вариант «Андрей» был вполне приемлем. Тогда, если предположить, что Генрих Шнейдер действительно был тем самым Андреем Андреевичем, моим прадедом, то имя его отца тоже должно было бы быть Генрих. Теперь «неувязка» получалась с прабабушкой, которую звали Мария Яковлевна, и это было хорошо известно. Гипотетически можно допустить, что Амалия (жена Генриха (Андрея) Шнейдера) могла бы избрать русскоязычным вариантом своего имени «Марию», но тогда немецкое имя её отца должно было бы быть близким русскому «Яков». Как это можно проверить? Метрические книги записей о браке содержат в качестве обязательной информации сведения о родителях (отцах) жениха и невесты, сведения о том поселенцами какой местности они считаются, какому конфессиональному направлению принадлежат. Известно, что дед был первым ребёнком в семье, поэтому логично было предположить, что если моя гипотеза верна и Генрих с Амалией это именно те люди, которых я ищу, то они должны были бы пожениться примерно в 1910 или 1911 гг. При этом имя отца жениха должно было бы совпадать с именем сына (Генрих), а имя отца невесты должно было быть близким русскому имени Яков. Так я начал просматривать книгу записей о бракосочетаниях за период с 1903 по 1920 гг. (7). На листе 49 я обнаружил запись №12 (См. приложение 17), гласившую, что 29 мая 1911 года, после оглашений 15 и 23 мая, были повенчаны Генрих Шнейдер (Heinrich Schneider) сын Генриха Шнейдера (Heinrich Schneider), поселенцы села Визенмиллер Торгунской волости и Амалия Мауль (Amalie Maul) дочь Иоганна Якова (Ш.В.: выделено мной) Мауль (Johann Jacob Maul), поселенцы села Константиновки Верхне Ерусланской волости, оба Новоузенского уезда, Самарской губернии, лютеранского вероисповедания. Жениху 18, а невесте 16 лет (7, Л. 49).

49 Какие ещё аргументы я нашёл в пользу того, что Амалия Шнейдер (ур. Мауль) и моя прабабушка Мария Яковлевна Шнайдер это одно лицо? Один аргумент прямой, другой косвенный. Начну со второго. Из записи о её браке следовало, что она была 1894-го или 1895-го года рождения, но изучение соответствующих книг результатов не принесли. То есть, она родилась не в Армавире. Впрочем, мне вообще не встретились записи о рождении детей Иоганна Якоба Мауля. Таким образом, вполне правдоподобно выглядит версия о том, что они родились в Поволжье. Очевидно, Иоганн Якоб Мауль выезжал в Германию именно оттуда, а вернулся (или вскоре после возвращения переехал) в Армавир. Я неслучайно говорю о детях Мауля во множественном числе, так как известно, что у Марии (Амалии) Яковлевны была, как минимум одна сестра, и её фамилия в замужестве была Вельш. В метрической книге записей о бракосочетании с 1899 по 1911 гг. (6) я обнаружил свидетельство о том, что 19 ноября 1906 года Эдуард Вельш сын Георга Андреаса Вельша и его жены Марии Луизы Грефенштейн женился на Екатерине Елизавете Мауль дочери Иоганна Якоба Мауля поселенца села Константиновки Самарской Губении и его жены Екатерины Елизаветы Генкекль, оба лютеранского вероисповедания. Ей было 17 лет и 10 месяцев, ему – 21 год и 8 месяцев (6, Л. 52(об) – 53). Это аргумент, как говорится, прямее некуда. Но прежде, я попытался разыскать запись о рождении Генриха (Андрея) Шнейдера, которого я буду для ясности в дальнейшем называть «Генрихом младшим», а его отца «Генрихом старшим». Согласно записи о браке, он должен был родиться в 1893 году. Так это и оказалось. Генрих младший родился 2 мая 1893 года в 10 часов утра. Его отцом был Генрих Шнейдер поселенец села Визенмиллер и его жена Екатерина Елизавета урождённая Циммерман, лютеранского вероисповдания. Восприемниками при крещении были поселенцы Яков Ро, Генрих Шек, Конрад Сельтенрейх и Екатерина Маргарита Ро (2, Л. 30(об.) – 31). Эту запись, на

50 сегодняшний день, можно считать первым упоминанием семьи Шнайдер в Армавире. У Генриха старшего и его жены Екатерины Елизаветы была также дочь Амалия, родившаяся 19 сентября 1896 года, и умершая 8 февраля 1899 г. (5, Л. 11). Таким образом, запись о рождении 3 июня 1912 года Александра Шнейдера (Приложение 18) свидетельствует о рождении моего деда, а его родители Генрих и Амалия это Андрей Андреевич и Мария Яковлевна Шнайдер. Не совпадает дата рождения, но это обстоятельство за обилием других доказательств можно не учитывать, тем более, принимая во внимание возможность ошибки, пересчёты при переходе на григорианский стиль после революции и т.п. Теперь можно было вернуться к метрическим книгам записей актов о смерти и попытаться найти в 1910 г. свидетельство о кончине Генриха Шнайдера старшего. И такая запись нашлась. 19 мая 1910 г. умер и 21 мая был погребён Генрих Шнейдер, поселенец села Фридефельд Ерусланской волости Новоузенского уезда Самарской губении. Место его рождения – Фридефельд. Полных 37 лет 10 месяцев и 21 день, женат, умер от порока сердца (5, Л. 199(об.)- 200). Этот Генрих вполне мог бы быть отцом Генриха младшего. В 1893 г., на момент рождения предполагаемого сына, ему был уже почти 21 год. Учитывая традицию ранних браков (например, самому Генриху младшему, когда он стал отцом, было всего 19) это вполне нормально и допустимо. Тем более, что дочь Амалия, умершая в детстве, родилась ещё позже. Но есть несколько обстоятельств, которые не позволяют мне без знака «?» внести это лицо в схему генеалогической линии. Точнее сказать, внести даты жизни Генриха старшего. Прежде всего, не совпадает место поселения и рождения. Это можно было бы посчитать ошибкой писаря. Вероятно так и есть. Но добавляет сомнений то, что Шнейдеры жили в Фриденфельде и это была другая семья. Выше я упоминал Освальда Шнейдера, который был как раз из Фриденфельда. К сожалению,

51 «Schneider» это была очень распространённая фамилия среди немецких поселенцев Армавира. В приложении 14 я указал только три семьи, не связанные между собой, или имеющие отдалённое родство, с фамилией Шнейдер. Если учитывать единичные упоминания, то можно было бы внести ещё, как минимум, две. Генрих старший и вся семья Шнейдер, к которой отношусь я, были выходцами из села Визенмиллер Новоузенского уезда Самарской губернии. Далее, могло бы пролить свет на эти сомнительные обстоятельства хоть какое-то упоминание о брате Генриха младшего, совместно с которым он владел домом после смерти отца. Но, увы, никаких сведений об этом человеке мне найти не удалось. Складывается впечатление, что его в Армавире никогда не было. То есть, он не рождался, не умирал, не женился и не крестился, и участия в этом, даже со стороны, не принимал. Либо кажущееся вполне логичным предположение, что немецким вариантом русского имени «Кондрат» было имя «Конрад», не верно. Есть, конечно, слабая «зацепка», что всё же Генрих из Фриденфельда это и есть Генрих старший: свадьба Генриха младшего была ровно через год после его смерти. То есть, складывается впечатление, что пережидали траур, но, правда, и самому Генриху младшему было только 18 лет. Таким образом, этот аргумент достаточным считать нельзя. Просматривая книгу записей о рождении в период с 1909 по 1924 гг., я обнаружил запись о рождении дочери Марии у Генриха Шнейдера и Амалии ур. Мауль, поселенцев села Визенмиллер (9, 87(об.)). То есть, у деда была сестра. Об этом факте мне никогда и никто не рассказывал. Я предположил, что причиной этого была ранняя смерть ребёнка, и не ошибся. Мария Шнейдер в возрасте 6 месяцев и 15 дней умерла от оспы (12, Л. 67(об.)- 68). В детстве оспой болел и дед, причём настолько тяжело, что едва остался жив. Мария умерла, когда её старшему брату не было ещё и трёх лет. Любопытное обстоятельство, не имеющее отношения к делу, но от этого не менее поразительное: Мария была вторым ребёнком и родилась 28 сентября

52 1914 г, а ровно через 30 лет в этот же день – 28 сентября, но уже 1944 года родился также второй ребёнок у её брата (В. Торгашёв). В книге записей актов о смерти за 1911 – 1924 гг. обнаружилась запись о смерти отца моей прабабушки Иоганна Якоба Мауля. Он скончался 29 марта 1919 г. в 8 часов утра от сыпного тифа в возрасте 56 лет 6 месяцев и 29 дней (12, Л. 155(об.)- 156). При этом хотелось бы обратить внимание на то обстоятельство, что записан он был как поселенец села Сосновка Саратовской губернии, очевидно, по месту рождения. Во всех остальных случаях он числился как поселенец села Константиновки Самарской губернии. То, что это мой прапрадед по женской линии, а не полный его тёзка, меня убеждает, во- первых, редкость самой фамилии – Мауль, во-вторых, не распространённость имени – Иоганн Якоб (см. прил. 13), в-третьих, подходящий для прапрадеда возраст. В этом случае, когда явно ошибочно записаны сведения о месте поселения, можно предположить, что и в случае с другим прапрадедом (Генрихом старшим) могла быть допущена такая же небрежность. Если бы сохранилась книга записей актов бракосочетания до 1899 г., то наверняка там можно было бы найти запись о браке Генриха Шнейдера старшего и Екатерины Елизаветы Циммерман. В этом случае там были бы указаны сведения об их родителях, можно было бы точно сказать откуда выехала семья прапрабабушки, и даже узнать девичью фамилию её матери. Но, увы, книга не сохранилась, и о пятом «колене» я могу судить только предположительно. Метрическая книга записей о смерти за 1898-1911 гг. (5) содержит упоминание о смерти 16 сентября 1901 г. Марии Шнейдер ур. Визнер 65 лет от роду жены Фридриха Шнейдера поселенца села Визенмиллер (5, Л. 39(об.)- 40). В той же книге, но тремя годами ранее отмечена смерть Марии Елизаветы Цельтенрейх, скончавшейся в возрасте 60 лет, жены Филиппа Шнейдера поселенца с. Визенмиллер. Филипп и Фридрих Шнейдеры были примерно одного возраста, жили в Самарской губернии в селе Визенмиллер и по возрасту вполне могли бы

53 годиться в родители Генриху Шнейдеру старшему. Тем более, что выходцев из Визенмиллера в Армавире было не так, чтобы очень много. Филипп и Фридрих Шнейдеры вполне могли бы быть, например, братьями. То есть, не исключён вариант, что кто-то из них мог быть отцом, а кто-то дядей Генриху старшему. Одним из восприемников при крещении Генриха младшего был Конрад Сельтенрейх (вероятно, искажённое «Цельтенрейх»). Это очень редкая фамилия, и вполне можно предположить, что он был, скорее всего, племянником жены Филиппа Шнейдера. Учитывая принципы подбора восприемников, велика вероятность того, что он был родственником и самого Генриха старшего. В зависимости от степени родства Генриха старшего и Филиппа Шнейдера, Конрад Сельтенрейх мог быть первому двоюродным или троюродным братом. В любом случае, его участие в крещении укрепляет версию о том, что, Филипп и Генрих старший Шнейдеры были родственниками. В одной из метрических книг о браке есть запись о венчании сына Филиппа Шнейдера и Елизаветы Цельтенрейх. Имя сына Фридрих, а по сословной принадлежности он записан как солдат. Обряд проходил 16 ноября 1906 года (6, Л.55). Таким образом, этот Фридрих мог быть родным или двоюродным братом Генриха старшего. Этот фрагмент приведён здесь в качестве одного из доказательных элементов, который может понадобиться в дальнейшей работе. В данных же условиях он не обладает качествами, достаточными для однозначных утверждений. По этой же причине ни Филипп, ни Фридрих Шнейдеры мною в схему генеалогической линии не внесены. Работа с метрическими книгами протестантской (лютеранской) церкви Армавира конца ХIХ – начала ХХ вв. позволила мне в значительной мере расширить представление об истории своей семьи. Полученные данные позволили ввести в схему генеалогической линии семьи Шнайдер сведения о восьми моих предках, о которых прежде не было известно ничего или почти ничего (Приложение 16). Подробные записи о фактах рождения, бракосочетания

54 и смерти дали возможность уточнить сроки жизни отдельных родственников, вплоть до дня. Итак, мои предки по линии семьи Шнайдер прибыли в Армавир, самое позднее, в начале 1890-х гг. (первое упоминание относится к 1891 г.). Местом их прежнего жительства было селение Визенмиллер (ныне село Луговское Саратовской области) Новоузенского уезда Торгунской волости. Они были лютеранами, из числа немцев Поволжья. Это означает, что их предки приехали в Россию вскоре после знаменитого Манифеста 1763 г. из одной из земель Юго- Западной Германии (с большой долей вероятности из Гессена, с меньшей – из Пфальца или Вюртемберга). Конкретным местом их поселения в Поволжье было село Визенмиллер Торгунской волости Новоузенского уезда Самарской губернии. Сейчас г. Новоузенск, вместе с прилегающей округой, расположен в юго-восточной части современной Саратовской области.

55 ЗАКЛЮЧЕНИЕ Одиннадцать метрических книг протестантской (лютеранской) церкви Армавира, охватывающие период с конца 1880-х до начала 1920-х гг., представляют собой ценный источник по истории по истории немцев Армавира и колоний Фриденталь и Мариенфельд. Почти на 2 000 страниц содержатся сведения о немецких поселенцах, позволяющие проследить направления и динамику миграционных потоков в рассматриваемый район, демографическую ситуацию, особенности отношения немцев к институту семьи и брака, конфессиональный состав поселенцев, некоторые особенности религиозных обрядов и другое. Надо отметить, что уже к концу 1880-х годов численность протестантской общины в Армавире достигла такой величины, которая требовала введения отдельных метрических книг. До этого времени книги регистрации актов рождения, бракосочетания и смерти велись отдельно русской православной и армяно-григорианской церквями. Как позволяют судить метрические книги протестантской церкви, почти 100% её прихожан были немцами. По материалам этих книг нельзя точно проследить начало миграции немцев в район Армавира. Однако можно предположить, что в целом оно совпадает с основными этапами переселения на Северный Кавказ других групп населения из Центральной России. Немцы приезжали в Армавир и его окрестности, главным образом, из Поволжья (до 90% мигрантов). «Материнские» колонии Самарской и Саратовской губерний были перенаселены, в результате стали возникать, так называемые, «дочерние» колонии. Этот процесс начался задолго до последней четверти XIX века, но именно в это время он затронул Северный Кавказ. Немцы Поволжья занимались в основном крестьянским трудом, и в этом они были схожи с основной массой переселенцев, потянувшихся на Северный

56 Кавказ после окончания Кавказской войны, и самое важное – после прокладки железной дороги. Поэтому, надо полагать, что 1870-1880-е годы стали периодом особенно активного переселения немцев из районов их прежнего проживания на Северный Кавказа, в том числе, в район Армавира. Наиболее внушительно по числу мигрантов оказалась представлена Самарская губерния. Оттуда приезжали примерно семь из десяти немцев. Около 20-25% были выходцами из Саратовской губернии, и только 8-10% мигрантов прежде проживали в каком-либо другом районе. В данной работе был применен метод выявления хронологических границ миграции, основанный на анализе сведений об умерших детях немецких поселенцев. Основное внимание уделялось анализу географии мест рождения этих детей. В результате проделанной работы можно утверждать, что миграция в район Армавира не прекращалась вплоть до второй половины 1900-х годов. Вполне возможно, что переселения были и позже, но период после 1910 г. здесь не рассматривался. Анализируя демографическую ситуацию в среде немецких поселенцев, можно предположить, что в начальный (очевидно, наиболее активный) период переселения численность этой общины достигает своих максимальных размеров, примерно, к началу 1890-х годов. В первой половине 1890-х гг. происходит некоторое её сокращение, а с середины 1890-х гг. наблюдается стабилизация численности и её поступательный рост. К 1910 г. количество немецких поселенцев в Армавире достигает 2 834 чел. (13, С. 188). Большой уровень детской смертности (в возрасте до 5 лет умирали в отдельные периоды до 60-62% детей) компенсировался высокой рождаемостью в немецких семьях. В 1910 г. этот показатель составлял 42,7 рождений на 1 000 человек. Наиболее распространёнными причинами смерти были инфекционные заболевания (оспа, холера, корь, тиф), а также «детские диагнозы» - понос и судороги, которые подразумевают довольно широкий спектр причин возникновения.

57 По конфессиональному составу немецкие поселенцы в подавляющем большинстве (85-90%) были лютеранами. Около 10% - реформаты. Совсем незначительно в Армавире были представлены католики. Случаи их упоминания в «немецких книгах» буквально единичные. Католиков выходцев из Поволжья в книгах не отмечено вовсе. С точки зрения семейно-брачных традиций, немецкая (протестантская) община Армавира, согласно материалов метрических книг конца ХIХ – начала ХХ вв., выглядит как достаточно консервативный социум с высоким уровнем корпоративности. Анализ состава брачных пар (по всем трём видам книг) показывает, что немцы стремились создавать семьи только в своей среде. Чрезвычайно редкими были разводы. Почти все вступавшие в брак повторно были вдовами или вдовцами. «Немецкие книги» Архивного отдела администрации г. Армавира дают богатый материал по различным сторонам истории данной этнокультурной группы в период с 1890-х до начала 1920-х гг. Безусловно, более детальное исследование истории немцев Армавира и округи требует привлечения других групп источников. Это можно было бы рассматривать как составную часть дальнейшей работы. Но возможности реализации потенциала подобных источников АОАА могут быть и другими. Хотелось бы отметить, что наряду с метрическими книгами протестантской церкви, аналогичные книги велись русской православной и армяно-григорианской церквями Армавира. Их тщательное изучение и сопоставление данных могли бы значительно расширить наши представления о социальной, демографической и повседневной истории нашего города последней трети ХIХ – начала ХХ вв.

58 ПОСЛЕСЛОВИЕ Работа с «немецкими книгами» оставила у меня сложное и противоречивое впечатление. С одной стороны, это было чрезвычайно захватывающее и увлекательное занятие, иногда напоминавшее детективное расследование. С другой стороны, меня не покидало ощущение того, что в моих руках своеобразная «книга памяти» маленькой частицы немецкого народа, для которого родиной стала Россия. Когда-то они венчались, крестили детей, хоронили близких, подсчитывая прожитые ими дни, тщательно выводили в метрических книгах свои имена и сложнопроизносимые названия покинутых поволжских сёл. Уже тогда они стояли в двух шагах от начала своей рагедии. Что ждало их в наступающем ХХ веке? Скольким из них удалось пережить депортацию, ссылку и, нередко, тюрьму? Кто из них вернулся домой, в тот дом, где родился и вырос? Сколько потомков немецких поселенцев, что жили в Армавире в те времена, осталось здесь сегодня? В работе я говорил о своём деде – Александре Андреевиче Шнайдере. А ведь, если вдуматься, судьба его очень типична для того поколения немцев. Он родился в 1912 году в семье немецких поселенцев лютеран. Рос в относительном достатке, как и многие немецкие дети. Женился не так рано как его отец (в 26 лет). Его супругой стала русская и православная, чего прежде в их семье не бывало. В сентябре 1941 года был депортирован вместе со своей матерью (Марией (Амалией) Яковлевной Шнайдер). Жене и полуторагодовалому сыну позволили остаться в Армавире, но бабушка приняла решение последовать за мужем. В результате первые детские воспоминания моего отца остались от города Кустаная Казахской ССР. В июне 1946 года деду, вместе с семьёй, позволили вернуться в Армавир, где он жил вполне открыто,

59 работал мастером по наладке и ремонту швейного оборудования, был прописан и т.п. По истечении почти трёх лет «вдруг выяснилось», по словам следователя, что «те, кто разрешил им вернуться, уже сами сидят». Вот и весь ответ. За «самовольный выезд с мест спецпоселения» Шнайдер А.А 37 лет и Шнайдер М.Я 54 лет получили по 25 лет лишения свободы (Ст. 58 УК РСФСР). Дед попал в один из лагерей близ Воркуты, и только знание швейного оборудования спасло его от общих работ. Он уже принадлежал к тому поколению той части молодого советского общества, которой профессию лучше было подбирать с тем расчётом, чтобы в зоне пригодилась. Они «отсидели» по 5 лет. В 1954 г. деда и прабабушку освободили и направили в ссылку в г. Караганду той же Казахской ССР. Вскоре туда приехала и бабушка вместе с моим отцом и дядей (Приложение 20). И только в конце 1950-х гг. они все вместе опять вернулись в Армавир. Теперь уже навсегда. Не смотря на все эти беды, я думаю, что дед всё же был счастливым человеком. Разумеется, сравнительно и по меркам своего времени. Ему повезло. Повезло много раз в жизни. Он встретил мою бабушку, которая пережила всё это, как говорится, «ни за что, ни про что». Ему повезло выжить в лагерях. Он увидел, как выросли и создали семьи его сыновья. Он дождался внуков. Ему повезло даже в том, что он вернулся в Армавир, в город, где родился и вырос. Дед умер в июне 1974 года в возрасте 62 лет, имея десяток болезней и вторую группу инвалидности. По иронии судьбы, именно в 1974 году он должен был освободиться после 25-летнего заключения. Он пережил полученный некогда срок на три месяца. Изъездив неволей полстраны, ему в итоге посчастливилось вернуться не только в свой родной город, но даже на ту улицу, где прошло его детство. Мы жили всего в двух кварталах от того дома, где он когда-то родился. Многим ли немцам так повезло?

60 ПРИЛОЖЕНИЯ

61 Приложение 1. Таблица 1. Сведения о рождаемости среди немецких поселенцев Армавира (1890-1910 гг.) Всего В том числе Год родилось % умерших в первый год Незаконнорожден. мальчики девочки Умерли в первый год жизни родители Оба Лютеране Оба лютеране и реформаты реформаты 1890 47 42 5 - 3 23 24 13 27,7 1891 75 64 8 3 2 33 42 30 39,9 1892 138 116 8 14 3 67 71 62 44,9 1893 134 125 7 2 1 77 57 28 20,9 1894 101 89 9 3 2 41 60 38 37,6 1895 102 98 4 - 3 55 47 32 32,9 1896 63 62 - 1 1 23 40 26 63,5 1897 75 69 3 3 - 47 28 28 37,3 1898 79 75 2 2 1 38 41 15 18,9 1899 81 74 4 3 1 43 38 30 37,0 1900 102 93 4 5 - 54 48 20 20,9 1901 128 111 11 6 4 67 61 31 24,2 1902 95 81 9 5 1 52 43 25 26,3 1903 133 119 10 4 1 72 61 42 31,5 1904 119 107 9 3 2 62 57 31 26,1 1905 119 111 5 3 2 74 45 22 18,5 1906 114 100 9 5 4 63 51 36 31,5 1907 137 120 15 2 - 63 74 30 21,8 1908 115 111 4 - 2 68 47 44 38,3 1909 137 131 2 4 4 68 69 41 29,9 1910 121 108 - 13 2 60 61 28 23,1 всего 2215 2006 128 81 39 1150 1065 642 28,9 % 100 90,27 5,76 3,97 1,76 51,75 48,25 28,9 Диаграмма 1. Смертность среди детей до 1 года.

62 ГОД ВОЗРАСТ ВСТУПАВШИХ В БРАК ВЫХОД ИЗ Самарской губернии МУЖЧИНЫ ЖЕНЩИНЫ 16- 18- 20- 25- 30- 40- Ст. До 16- 18- 20- 25- 30- 40- Ст. 17 19 24 29 39 49 50 16 17 19 24 29 39 49 50 лет лет года лет лет лет лет лет лет лет года лет лет лет лет 1899 - 3 16 7 1 1 1 - 8 9 9 1 2 - - 38 16 1900 - 1 11 2 1 1 - - 3 6 2 2 2 1 - 21 8 1901 - 1 10 6 1 2 1 - 7 7 3 1 1 2 - 29 11 1902 - 5 15 4 5 - - - 4 11 12 - 2 - - 33 11 1903 - 2 4 3 3 - 1 - 3 6 - 2 1 - 1 19 7 1904 - - 7 1 1 1 2 - 1 7 1 - 1 1 1 12 11 1905 - 6 7 7 3 1 2 - 3 10 6 2 2 3 - 27 18 1906 - 6 13 10 1 3 1 - 6 12 10 1 1 4 - 46 14 1907 - 4 13 5 1 1 2 - 6 8 8 - 2 2 - 38 7 1908 - 8 15 1 5 2 2 - 9 9 9 1 2 1 2 37 23 1909 1 4 8 7 4 2 - 1 12 4 4 2 2 1 - 43 8 1910 - 8 15 10 5 4 2 - 12 13 9 4 4 1 1 58 24 Всего 1 48 134 63 31 18 14 1 74 102 73 16 22 16 5 401 158 В - - 3 6 15 18 13 - 1 - 11 5 17 14 т.ч. пов тор но Приложение 2. Таблица 2. Сведения о вступающих в брак немецких поселенцах Армавира и округи в период с 1899 по 1910 гг. Приложение 3.

63 Диаграмма 2. Возрастные категории вступавших в брак немецких поселенцев (%). Приложение 4. Таблица 3. Количество, причины смерти и возраст умерших немецких поселенцев Армавира и округи в 1890-1910 гг. Всего умерло год УМЕРЛИ В ВОЗРАСТЕ ВЫХОДЦЫ ИЗ Самарской губернии Других регионов холера понос/кишечные. заб. коклюш Саратовской губернии До От От 3-4 5-9 10- 20- 30- 40- Ст. 1г. 1 2 лет лет 19 29 39 49 50 до до лет лет лет лет лет 2 3 лет лет 1890 46 13 8 8 5 1 1 3 - 2 5 1891 108 30 26 13 10 7 7 4 3 2 6 1892 269 62 30 26 24 22 18 15 21 25 26 11 - 85 1893 69 28 15 4 3 2 4 5 1 - 7 7 - 1 1894 75 38 10 5 3 3 2 4 3 3 4 3 2 - 1895 74 32 13 6 3 12 2 2 1 2 1 - - 1 1896 49 26 8 1 4 2 - 2 - 1 5 31 12 6 1 5 - 1897 90 28 20 10 13 12 3 - - 2 2 65 18 7 1 - - 1898 46 15 8 7 4 - 2 - 1 4 5 31 12 3 - - - 1899 76 30 13 5 2 2 4 5 4 2 9 64 9 3 11 - - 1900 57 20 12 4 4 2 2 1 3 5 4 42 14 1 6 4 - 1901 61 31 7 4 2 - 1 2 1 4 9 47 6 8 12 2 - 1902 66 25 11 5 - 4 1 3 4 6 7 43 16 7 22 4 - 1903 123 42 19 16 18 8 4 3 3 2 8 92 21 10 28 5 - 1904 82 31 20 5 9 3 - 1 2 5 6 57 22 4 21 1 - 1905 68 22 12 6 5 5 4 4 - 2 8 42 18 8 38 - - 1906 97 36 18 13 7 6 3 3 2 4 5 72 18 7 28 5 - 1907 67 30 9 3 5 5 2 2 4 3 4 48 15 4 21 2 - 1908 132 44 30 7 24 8 1 4 3 1 10 91 33 8 15 - - 1909 82 41 7 6 4 4 - 6 3 4 7 62 12 8 30 1 - 1910 122 28 21 12 11 4 2 3 17 9 15 97 18 7 38 3 14 Всего 185 652 317 166 160 112 63 72 76 88 153 884 244 91 293 34 101 9 Приложение 5.

64 Диаграмма 3. Процентное соотношение возрастных категорий умерших немецких поселенцев Армавира и округи (1890-1910 гг.)

65 Приложение 6. Таблица 5. Смертность среди детей немецких поселенцев в возрастной категории до 5 лет (1890-1909 гг) Умерли в возрасте Периоды Всего родилось до 5лет (исключая Процент умерших (гг.) родивш. вне Армавира) 1890-1894 495 313 63,23 1895-1899 400 238 59,5 1900-1904 577 277 48,0 1905-1906 622 312 50,16 Диаграмма 4. Смертность среди детей до 5 лет (%). Приложение 7. Таблица 5. Смертность среди детей до 5 лет (включая тех, кто родился за пределами Армавира и округи) в период с 1892 по 1910 гг. В том числе, родившихся вне Армавира и округи Год Всего смерти умерших в % возрасте до 5 В Самарской В В других от общего лет губернии Саратовской регионах числа губернии умерших детей 1892 142 43 8 - 35,9 1893 50 3 - - 6,0 1894 56 2 - - 3,6 1895 54 2 - - 3,7 1896 39 2 - - 5,1

66 1897 71 1 - 3 5,6 1898 34 2 - - 5,9 1899 50 3 - 1 8,0 1900 40 - - 1 2,5 1901 44 - - - 0 1902 41 3 - 2 12,2 1903 95 3 2 1 6,3 1904 65 2 - - 3,1 1905 45 - - 3 6,7 1906 74 5 5 - 13,5 1907 47 5 1 - 12,8 1908 105 5 2 1 7,6 1909 58 2 1 3 10,3 1910 72 - - 2 2,8 Диаграмма 5. Процентное соотношение общего числа умерших детей немецких поселенцев Армавира (до 5 лет) и тех детей, которые родились ещё на прежнем месте жительства. Приложение 8. Диаграмма 6 (а). Регионы проживания немецких поселенцев до их миграции в Армавир и его округу: по материалам книг записей о браке с 1899 по 1910 гг. (%). Диаграмма 6 (б). Регионы проживания немецких поселенцев до их миграции в Армавир и его округу: по материалам книг записи о смерти с 1896 по 1910 гг. (%). Приложение 9. Губернии (области) и населённые пункты, из которых в к. ХIХ - н. ХХ вв. в район Армавира пребывали немецкие поселенцы. САМАРСКАЯ ГУБЕРНИЯ Вейзенфельд Альт Веймар Визенмиллер Блуменфельд Вольское Бруненталь Гларусь

67 Гнадентау Верхние Грязнухи Гнадефельд Верхняя Галька Гуссенбах Вершинки Канн Гололобовка Константиновка Карамышевка Лагенфельд Ключи Лименфельд Крестовой Буерак Липовка Лесной Карамышь Мангейм Линёво-Озеро Моргентау Лихтенталь Нидермоншу Макаровка Ной Бейбек Ной Бальцер Ной Веймар Норка Ной Гай Олешны Ной Галька Песковатка Ной Шиллинг Подчинное Ново-Тарлик Россошь Осиновка Таловка Поповкино Ягодная поляна Привольное Ретунгсталь ХЕРСОНСКАЯ ГУБЕРНИЯ Розенталь Нойдорф Розенфельд Рибенсдорф Романовка Рорбах Рязановка Старица ТАВРИЧЕСКАЯ ГУБЕРНИЯ Степная Бочкарёвка Филиппсфельд Гальбштадт Франкрейх Дармштадт Фрезенталь Фриденфельд ТЕРСКАЯ ОБЛАСТЬ Шендорф Александрфельд Шенфельд Карраса Штрасбург Экгейм БЕССАРАБСКАЯ ГУБЕРНИЯ Эренфельд Кульм Эрнестинендорф Тарутино Яблоновка САРАТОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ

Приложение 10. Диаграмма 7(а). Соотношение числа умерших в период с 1892 по 1910 гг. (всего в чел.) с умершими за тот же период, но без учёта наиболее опасных инфекционных заболеваний. Диаграмма 7(б). Соотношение средних показателей тех же категорий в среднем за год по пятилетним периодам (кроме 1892-1895 гг.) Приложение 11. Диаграмма 8. Процентное соотношение семейных пар немцев Армавира по форме вероисповедания супругов (по материалам табл. 1 и 2). В диаграмме: «ЛЛ» - оба супруга лютеране; «ЛР» - лютеране и реформаты; «РР» - оба реформаты; «ЛК» - лютеране и католики. Приложение 12. Таблица 6. Места поселения реформатов до переезда их семей в Армавир. В таблице приведены сведения (в чел.) из метрических книг записей актов рождения (с 1890 по 1910 гг.) и брака (1899 по 1910 гт.)

Место поселения Метрические книги о Метрические книги о рождении (чел.) браке (чел.) САРАТОВСКАЯ ГУБ. 72 25 (всего) Вершинки 1 2 Ключи 3 1 Ной Бальцер 6 2 Норка 13 7 Сплавнухи 37 12 Таловка 3 - Усть-Солиха 9 1 САМАРСКАЯ ГУБ. 64 8 (всего) Блуменфельд 2 - Визенмиллер 2 - Вольское 7 3 Гнаденфельд 12 1 Канн 1 - Розенталь 6 - Филиппсфельд 3 - Франкрайх 1 - Фриденфельд 2 1 Шенфельд 11 1 Шендорф 8 2 Эренфельд 2 - Яблоновка 1 - ХЕРСОНСКАЯ ГУБ. 2 2 (всего) Рорбах 2 2 Приложение 13 Таблица 7 (а). Мужские имена детей немецких поселенцев, полученные ими при крещении, по степени их распространённости за 15 лет (1890 по 1904 гг.). ИМЕНА Количество названных детей Русский вариант Немецкий вариант написания написания Александр Alexander 92 Гейнрих Heinrich 86 Иоганн Johannes 79 Фридрих Friedrich 45 Яков Jacob 44 Иоганн Георг Johann Georg 43 Петер Peter 26 Конрад Conrad 25

Давид David 17 Иоганн Гейнрих Johann Heinric 16 Иоганн Фридрих Johann Friedrich 15 Карл Carl 15 Вильгельм Wielgelm 13 Филипп Philipp 12 Адам Adam 11 Иоганн Петер Johann Peter 11 Георг Georg 10 Христиан Christian 10 Август August Адольф Adolf Андреас Andreas Беньямин Benjamin Бруно Bruno Виктор Wictor МЕНЕЕ 10 Вольдемар Woldemar Георг Яков Georg Jacob Готлиб Gothlieb Густав Gustaw Иоганн Вильгельм Johann Wielgelm Иоганн Карл Johann Carl Иоганн Филипп Johann Philipp Иоганн Христиан Johann Christian Иоганн Яков Johann Jacob Константин Constantin Михель Michel Николаус Nicolaus Теодор Theodor Филипп Георг Philipp Georg Эдуард Eduard Юлиус Julius Таблица 7 (б). Женские имена детей немецких поселенцев, полученные ими при крещении, по степени их распространённости за 15 лет (1890 по 1904 гг.). ИМЕНА Количество названных детей Русский вариант Немецкий вариант написания написания Амалия Amalie 77 Мария Marie 53 Мария Екатерина Marie Catharina 52 Екатерина Елизавета Catharina Elisabetha 41 Екатерина Catharina 39 Мария Елизавета Marie Elisabetha 27 Екатерина Маргарита Catharina Margaretha 25 Елизавета Elisabetha 23

Анна Елизавета Anna Elisabetha 20 Лидия Lydia 19 Луиза (Лиза) Luise 16 Анна Anna 14 Маргарита Margaretha 14 Паулина Pauline 14 София Sofie 13 Эмилия Emilie 12 Анна Екатерина Anna Catharina 11 Анна Маргарита Anna Margaretha Анна Мария Anna Marie Варвара Barbara Доротея Dorotea Ева Ewa МЕНЕЕ 10 Ева Екатерина Ewa Catharina Ева Елизавета Ewa Elisabetha Екатерина Магдалена Catharina Magdalena Елена Helena Иоганна Johanna Леа Lea Магдалена Magdalena Мария Варвара Marie Barbara Мария Магдалена Marie Magdalena Наталия Nathalie Ольга Olga Розалия Rosalie Розина Rosina София Елизавета Elisabetha Сусанна Susanna Христина Christina Эмма Emma Юлианна Julianna

Приложение 14. Таблица 8. Сто наиболее часто упоминаемых в метрических книгах  АОАА семей немецких поселенцев и места их жительства до переезда в  Армавир Фамилия № Русский Немецкий Губерния/  Населённый вариант вариант область пункт написания* написания 1 Бальцер Balzer Самарска Рязановка 2 Баетрон Bastron я Самарска Лагенфельд 3 Бауэр Bauer я Самарска Штрасбург 4 Бахман Bachmann я Херсонска Рорбах 5 Безе Behse я Самарска Романовка Беккер Becker я Самарска Константиновка  6 я Беккер Becker Ной Бальцер Саратовск Фриденфельд 7 Бригеман Briegemann Самарска 8 Вагнер Wagner я Саратовск Верхние Грязнухи 9 Вальтер Walter ая Самарска Степная Вебер Weber я Самарска Альт Веймар  10 я Вебер Weber Самарска Ной Веймар 11 Вельш Wolsch Самарска Розенталь 12 Вирт Wirth я Самарска Константиновка 13 Виттенбек Withenbeck я. Самарска Розенталь 14 Гаас Haas я Самарска Константиновка 15 Галава Galawa я Самарска Гнаденфельд 16 Гебель Gobel я Самарска Ной Галька 17 Гегель Hugel я Самарска Розенфельд 18 Гейдт Heidt я Самарска Экгейм 19 Гейер Geier я Самарска Степная 20 Гейнц Heintz я Самарска Степная 21 Гельдт Heldt я Самарска Филиппсфельд 22 Георг Georg я Самарска Визенмиллер 23 Гердт Herdt я Самарска Шендорф 24 Герлах Gerlach я Самарска Альт Веймар 25 Гермони Hermony я Самарска Гнаденфельд 26 Гук Huck я Саратовск Норка 27 Диц Dietz ая Саратовск Подлинное Зак Sach ая Саратовск Сплавнухи 28 ая

29 Кауфманн Kaufmann Самарская Бруненталь 30 Кваст Quast Самарская Кан 31 Кениг Konig Самарская Розенталь 32 Керн Kern Саратовская Олешны 33 Кинд Kind Самарская Розенталь 34 Клейн Klein Самарская Степная 35 Клемм Klemm Самарская Яблоновка 36 Кнауб Knaub Самарская Фриденфельд 37 Кох Koch Самарская Экгейм 38 Кремер Kramer Саратовская Олешны 39 Кун Kuhn Самарская Вольское 40 Леман Lehmann Самарская Степная 41 Локман Lockmann Саратовская Олешны 42 Ломан Lohmann Самарская Экгейм 43 Лоос Loos Самарская Кан • 44 Майер Mayer Самарская Альт Веймар 45 Мартин Martin Самарская Яблоновка 46 Мауль Maul Самарская Константиновка 47 Мейснер Meisner Самарская Поповкино 48 Мерк Merk Самарская Ново-Тарлик 49 Миллер Miller Терская Александрфельд 50 Милль Mill Саратовская Олешны 51 Миххель Michel Самарская Яблоновка 52 Ненштиль Nenschtill Самарская Блуменфельд 53 Пистер Pister Саратовская Макаровка 54 Принц Prinz Самарская Яблоновка 55 Пропп Propp Саратовская Линёво-Озеро 56 Рейн Rein Самарская Фриденфельд 57 Рейтер Reuter Самарская Г уссенбах 58 Реклинг Reckling Самарская Франкрейх 59 Рен Rehn Саратовская Песковатка 60 Роо Roh Самарская Ной Шеллинг 61 Рот Roth Саратовская Ной Бальцер 62 Сальмайер Sallmeier Самарская Бруненталь 63 Ситнер Sitner Саратовская Сплавнухи 64 Сонненгрин Sonnengrim Самарская Розенталь 65 Тимлер Tymler Самарская Степная 66 Уссингер Ussinger Самарская Визенмиллер 67 Файт Feit Самарская Ной Галька

68 Феллингер Fellinger Самарская Розенталь 69 Фишер Fischer Самарская Розенталь 70 Флах Flach Самарская Ново-Тарлик 71 Фридрих Friedrich •• Самарская Штрасбург 72 Функ Funk Самарская Нидермоншу 73 Циммерман Zimmermann Самарская Гнаденфельд 74 Шваб Schwab Самарская Брунеталь 75 Швабауэр Schwabauer Саратовская Спланухи 76 Швагерус Schwaherus Терская Карраса 77 Швеммер Schwemmer Самарская Филиппсфельд 78 Шейфер Schuifer Самарская Филиппсфельд 79 Шек Scheck Самарская Гнаденфельд Шенфельдт Schonfeldt Самарская Поповкино 80 Шенфельдт Schonfeldt Самарская Яблоновка 81 Шиллинг Schilling Саратовская Линёво-Озеро 82 Шефер Schaefer Самарская Поповкино 83 Шимпф Schimpf Самарская . Ной Галька 84 Шитц Schutz Самарская Ной Галька Шмидт Schmidt Самарская Степная 85 Шмидт Schmidt Самарская Филиппсфельд Шнайдер Schneider Самарская Визенмиллер 86 Шнайдер Schneider Саратовская Сплавнухи Шнайдер Schneider Самарская Фриденфельд 87 Шпенглер Spengler Самарская Экгейм 88 Штеле Stele Саратовская- Лесной Карамышь 89 Штенглер Stengler Самарская Степная 90 Штреккер Schtrecker Саратовская Олешны 91 Штроман Schtrohmann Саратовская Олешны 92 Шульц Schulz Самарская Осиновка 93 Шуман Schumann Саратовская Вершинки 94 Эйдемюллер Eidemiiller Саратовская Макаровка 95 Эйснер Eisner Самарская Привольное 96 Эккерт Ekkert Таврическая Гальбштадт 97 Эргардт Erhardt Самарская Фриденфельд 98 Юнг Jung Самарская Эренфельд 99 Юрк Jurk Самарская Старица Якоби Jacoby Самарская Лагенфельд 100 Якоби Jacoby Самарская Ново-Тарлик * Русский вариант написания приведён в таблице.так, как в источнике. ПРИМЕЧАНИЯ

1. Архив МУП БТИ г. Армавира, довоенные фонды, поквартальный журнал № 179, Д. 3479.* 2. Архивный отдел администрации г. Армавира, Ф. 55, Оп. 1, Д. 104. Метрическая книга записей о рождении за 1889-1897 гг. (220 Л.) 3. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 105. Метрическая книга записей о смерти за 1890-1897 гг. (99 л.) 4. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 106. Метрическая книга записей о рождении за 1898-1909 гг. (237 л.) 5. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 107. Метрическая книга записей о смерти за 1898-1911 гг. (239 л.) 6. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 108. Метрическая книга записей о бракосочетании за 1899-1911 гг. (104 л.) 7. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 109. Метрическая книга записей о бракосочетании за 1903-1920 гг. (80 л.) 8. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 110. Метрическая книга записей о рождении за 1909-1918 гг.(302 л.) 9. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 111. Метрическая книга записей о рождении за 1909-1924 гг. (237 л.) 10. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 112. Метрическая книга записей о рождении, смерти за 1909-1911 гг. (56 л.) 11. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 113. Метрическая книга записей о бракосочетании за 1911-1923 гг. (192 л.) 12. АОАА, Ф. 55, Оп. 1, Д. 114. Метрическая книга записей о смерти за 1911-1920 гг. (192 л.) 13. Ктиторов С.Н. История Армавира (досоветский период: 1839-1918). – Армавир, 2002. – 384 с. 14. Немцы в России и СНГ (1763-1997). – М. – Штутгарт: Готика, 1998. – 64 с. 15. Толковый словарь живого русского языка В.И. Даля/ http:// infolio/asf. ru/ Sprav/ Dal/ 01/ 1672. html. 16. Толковый словарь С.И. Ожегова/ http:// www/ announcement. ru/ enc – letter/ oge – 825 – 39301 – 401 – 331/ html. * Описание архивных материалов МУП БТИ приводится согласно способу, предложенному С.Н. Ктиторовым.

Владимир Геннадьевич ШНАЙДЕР "НЕМЕЦКИЕ КНИГИ" АОАА КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК Подписано к печати: 26.09.2004 г. Формат 60x34/16. Уел. печ.л. 5,3- Уч.изд. л. 5,5. Тираж 100 экз. Заказ № 132. Лицензия ЛР № 021282. Редакционно-издательский центр Армавирского государственного педагогического университета РИЦ АГПУ, 2004.

Chkmark
Всё

понравилось?
Поделиться с друзьями

Отзывы