Культурный след проекта "Барды Мира" в режиме пресс-конференции

Ответы организатора и исполнителя проекта "Барды Мира" на 19 часто задаваемых вопросов во время публичных донесений о результатах проекта. Период 2014-2015 гг., среда русскоыязычной диаспоры Германии.
13
Просмотров
Исследования/Аналитика > Культура
Дата публикации: 2016-05-20
Страниц: 13

Культурный след проекта «Барды Мира» в режиме пресс-конференции Автор: С.Орловский,20.05.2016, г. Нюрнберг Что такое история? – Кратко говоря, это – некая культурная соединенность пото- ка живых событий с потоком их документирования. Что здесь важно? – Охватить и по- нять. В культуре сохраняется не сама история, а её сжатый конспект – «Культурный след». Наука пытается вывести культурную норму такого следа, многоликий образ ко- торого воочию представляется посетителям музеев разного типа и уровня. При этом общество постоянно сталкивается с проблемами размытости не только границ куль- турного следа, но и изменения его понимания в широких пределах от подтверждения преобладающего концепта понимания до его полного отрицания. Пусть нам дан культурный след «Песни бардов русской культуры второй полови- ны ХХ века». Каково его культурное состояние? Как зафиксированы события? Кто и как строит научно-понимающий концепт и сколько уже заявлено разных концептов? Какова разница представлений у простого обывателя, прильнувшего к информации СМИ, и фаната песен бардов? – Ответы на эти и другие вопросы представлены чита- телю в нашей статье, обобщающей вопросно-ответные ряды дискуссий, которые со- стоялись в процессе наших публичных лекций и пресс-конференций по теории песни, в русскоязычном круге эмигрантов Германии, в 2014 – 2015 годах. Вопрос № 1. Нельзя ли сжато отметить основные элементы культурного следа песен бардов? Сегодня культурный след песен бардов представлен, как минимум, четырьмя ви- димыми в культурном поле структурными образованиями: 1) след науки «Авторская песня», 2) след клубов самодеятельной песни (сокращенно КСП), 3) частные музейные собрания, 4) частные проекты. Что здесь надо удерживать в своём внимании, чтобы ясно понимать качество полноты культурного документирования? – Надо удерживать то, что называют цепоч- кой культурного легендирования. Сегодня такая цепочка, в относительно исторически возможном и полном виде, представляется из 15 звеньев (культурно-документи- рующих шагов), а именно: 1) личный опыт глубокого погружения в практику песен, 2) архив, 3) разрозненные статьи, 4) сборник статей, 5) монография, 6) диссертация, 7) курс лекций, 8) собрание авторских сочинений, 9) антология, 10) энциклопедия, 11) учебник, 12) Учение, 13) музей, 14) справочник, 15) автоматизированный справочник или сайт в Интельнет (Не путайте с Интернет). Она даёт образ некой циклической культурной нормы, которую желательно выполнить. Например, опишем кратко культурный след – наука об «Авторской песне». Основ- ной формой накопления информации являются ученые диссертации. Уже написано не менее 80 узко специализированных диссертаций по всему миру, есть монографии и пара учебников. Основной исследовательский подход – филологический, основной способ изучения – понимающее комментирование. Уровень охвата феномена – барды ОВГ (Б. Окуджава, В. Высоцкий, А. Галич) и их ближайшее окаймление (А. Городниц- кий, Ю. Визбор, Ю. Ким, А. Суханов, В. Егоров, Е. Клячкин). Вопрос № 2. Обозначьте сжато основные элементы культурного следа КСП? КСП – это аббревиатура названия «Клуб самодеятельной песни». Именно об- ширная сеть таких клубов песни и была основной опорой поддержки не профессио- нальных авторов песен – круга песен бардов. Песенный взрыв такого песнетворче- ства, его внешний фронт, был зафиксирован в период 1956-1987 гг. Согласно постро- енной нами внутренней хронологии активности бардовского песнетворчества такой взрыв датируется несколько иначе – 1950-1977 гг. Тогда же в клубах песни на есте- ственной основе образовались небольшие группы собирателей песенной информа- 1


ции: 1) архивисты (те, кто фиксировал все доступные события в песенной сети), 2) ле- тописцы (те, кто фиксировал события только данного клуба песни), 3) учителя гитар- ной школы (те, кто пытался собрать, осознать и передать другим практический опыт гитарного аккомпанемента песен бардов), 4) держатели фонотеки (магнитофонной за- писи и перезаписи подлежало всё, что было в круге возможностей участников фоноте- ки), 5) библиотека текстов песен (собирались тексты песен и сшивались в сборники, выпускались буклеты текстов песен и др.), 6) теоретики (те, кто пытался построить теоретические представления о песнях бардов в целом), 7) кардинальные теоретики (барды-мыслители, которые пытались понять феномен песен бардов по большому счёту). О каких объёмах культурно значимой информации идёт речь? – По нашим пред- ставлениям и расчётам граничной рамки это не более 18 000 песен от 268 авторов. Вопрос № 3. Какие определения песни вы имели в виду, когда сказали, что уже названы примерно 50-60 различных свойств авторской песни? В рукописи нашей монографии и диссертации дана обширная информация о результатах попыток найти краткое определение «нашей песне». Так называли пес- ню в КСП. Как это ни странно, но определения достаточно разные. Если собрать все различия, то образуется множество из 62 признаков. Причем, на фоновом уровне (тусовка простых любителей) присутствует примерно 15 таких признаков, а вот все остальные принадлежат 22 конкретным фигурам, например: А. Мирзаян (7 призна- ков), В. Ланцберг (6 признаков), В. Высоцкий (5 признаков), В. Долина (3 признака), Л. Альтшулер (2 признака), А. Дулов (2 признака) и другие. Автору статьи в этом ряду принадлежит 7 признаков. Что же это за признаки? - Назову для примера несколько: • От фона: летучесть (запоминаемость с лету); певучесть (привлекательность с лету); желание «хочется разучить»; искренность; лидерность смыслового напол- нения; глубоко воспринимаемый текст; не официальная песня; поэтическое дей- ствие, усиленное элементами музицирования. • От конкретных фигур: музыкальное интонирование поэтической речи; синк- ретизм; современный фольклор городской интеллигенции; самостоятельный вид ис- кусства; правдивый образ человека наших дней; поэтическая песня; вольная культу- ра; трансляция особого стиля жизни; песня из потока «неостановленное развитие че- ловека»; обращение к сфере интеллектуальных эмоций. Вопрос № 4. И всё же, что такое «Авторская песня»? Нам знакомы два песенных направления «авторская песня» (авторская песня-1, авторская песня-2). Наши многолетние исследования получили своё начало с 1978 года и посвящены «авторской песне-1». Такая авторская песня – это один элемент из триединого образования «наша песня», одна из трёх неразрывно связанных песен- ных линий (программ): самодеятельная песня, бардовская песня, авторская песня-1. «Авторская песня-1» несет в себе заряд особенного слоя культуры – слоя «Ав- торская культура песен». Такой заряд есть зарядом саморазвития исполнителя песни, представленный в песенно-художественной форме. Саморазвитие исполнителя здесь первично, а художественная форма – вторична. В этом выражено особенное отличи- тельное качество слоя культуры «Авторская культура песен» от широко из вестных фундаментальных слоёв культуры, таких как: профессиональная песня, фольклорно- народная. В отличие от самодеятельной и бардовской песенных линий, линия «автор- ская песня-1» акцентирована на достижение искусства, склонна к эксперименту по озвучиванию высокой поэзии, к так называемой «поэтической песне». Если говорить о полюсах Красоты, то «авторская песня-1» акцентирована направлениями к полюсам Красота Завораживающая и Красота Магическая. Например, программа «бардов- 2

ская песня» имеет своим руслом направление на другой полюс – Красота Пронзи- тельная. «Авторская песня-1» до тех пор является «авторской песней-1», пока она нахо- дится внутри понятия «наша песня». Разорвав связи с «самодеятельной» и «бар- довской» линиями песен, «авторская песня-1» становится другой песней – другой «авторской песней» (авторской песней -2), с другим смыслом песенности и внутрен- ним содержанием, с другим идеостилем. Когда Б. Окуджава, в 1986 году, сказал в своем интервью, что по его мнению «авторская песня» умерла, то можно предполо- жить, что он имел в виду «авторскую песню-1», которая была частью триединства «нашей песни». Булат Окуджава был не так далек от истины. Наши результаты пока- зывают, что явная тенденция к разъединению триединства «нашей песни» началась примерно с 1977 года. Вот вам также и наша версия причина разницы наполнения понятия «Авторская песня» от В. Ланцберга (Второй канал, 1996 г.) и от организато- ров Куйбышевского фестиваля авторской песни. Вопрос № 5. Могли бы вы кратко описать ситуацию познания в секторе офици- альной науки «Авторская песня»? Просьба назвать обязательно имена и цифры. Сайт «disserCat — электронная библиотека диссертаций» реагировал на запро- сы по сегменту «Авторская песня», в конце 2014 г., следующим образом: • Запрос «авторская песня» выдает 5 197 документов. • Запрос «самодеятельная песня» выдает 1 080 документов. • Запрос «бардовская песня» выдает 117 документов. • Запрос «клуб самодеятельной песни» выдает 450 документов. Написано не менее 80 диссертаций: 6 докторских и 74 кандидатских. Семь дис- сертаций выполнено за рубежом, остальные в СНГ. Все докторские диссертации вы- полнены в СНГ. Первые две диссертации была выполнены в один и тот же 1984 год в России и в Америке. Первые три главенствующих в изучении авторской песни раздела науки: Фило- логия – 49 диссертаций, Культурология – 7 диссертаций, Педагогика – 6 диссертаций. Всего же уже отметились, как исследователи темы, 8 разделов науки, а именно: ис- кусствознание, история, культурология, педагогика, социальная психология, социоло- гия, филология, философия, языкознание. Наибольшее количество защищенных диссертаций приходится на 2011 год – 8 диссертаций. Интересно, что авторская песня не изучается серьёзно с музыкальной стороны, например музыковедением. Нет ни одной диссертации, нацеленной на музыкальный анализ авторской песни. Наукой серьёзно изучается только тексты авторских песен и её отражения в социально-культурных процессах общества. Кого бы хотелось выделить? - Во-первых тех, кто защитил докторскую диссер- тацию. Это: • Купчик Е.В. Поэтический мир А. Городницкого; • Левина Л.А. Авторская песня как явление русской поэзии второй по- ловины XX века (эстетика, поэтика, жанры); • Ничипоров И.Б. Авторская песня 1950 - 1970-х гг. в русской поэтической тра- диции: творческие индивидуальности, жанрово-стилевые поиски, литературные связи. Все три диссертации на уровне «доктор филологических наук». • Бойко С.С. Творческая эволюция Булата Окуджавы и литературный процесс второй половины ХХ в. Во-вторых, следует выделить тех, кто особенно заметен в дискурсе «Авторская песня», а именно: Ничипоров И.Б., Соколова И.А., Кулагин А.В, Новиков В.Н. 3


В-третьих, следует назвать тех, кто защитил диссертацию за рубежом: Беднар- чик А.(Польша), Лебедева Е.(Германия), Платонов Р.(США). И наконец, в-четвертых, надо назвать тех, кто шагнул в науку из наших КСПеш- ных кругов, это: 1) Резник А.А. Современная авторская песня и тенденции ее разви- тия на Украине» (1992); 2) Курилов Д.Н. Авторская песня как жанр русской поэзии со- ветской эпохи (60-70-е годы) (1999); 3) Абельская Р.Ш. Поэтика Булата Окуджавы: ис- токи творческой индивидуальности (2003); 4) Беленький Л.П. Авторская песня в оте- чественной песенной культуре второй половины 20 века (2015). Если говорить в целом о некой сумме наших впечатлений от достижений офи- циальной науки, то эта сумма скорее негативна, чем что-то другое. Можно признать- ся, что нам, как действующему исполнителю песен бардов, практически ничего из то- го, что уже написано официальной наукой о песне не близко. Мы это не можем ис- пользовать в своей практике и даже не имеем никакого отношения к развивае- мым такой наукой направлениям исследования. Нас интересует не внешнее коммен- тирование песни, которым наполнены ученый диссертации, а – проникновение в суть. В наших представлениях песни бардов – это сначала объект саморазвития челове- ка и только потом объект художественной культуры. Первично – саморазвитие че- ловека, вторично – объект художественной культуры. Как можно изучать вторичное без первичного? Но именно так и происходит в современной официальной науке. Вопрос № 6. В автореферате к своей диссертационной рукописи вы пишете, что официальная наука полностью игнорирует слой «Теоретические рукописи КСП» – результаты исследования «Авторской песни» изнутри, от её непосредственных практиков и организаторов. Назовите, пожалуйста, известные вам здесь рукописи культурного следа КСП. В нашей монографии и в диссертационной рукописи сделан обзор теоретиче- ских результатов рукописей КСП и рядом. В автореферате такие рукописи только упомянуты. Нами выведена целая галерея исследователей песни, которую мы назвали «Теоретическим следом КСП». Содержательно эта галерея состоит из восьми направлений (крыльев), а именно: • Крыло «Кардинальные теоретики: Мирзаян А.З. (г. Москва, концепт « Х ождение за песенным языком»), Ланцберг В.И. (г. Нюрнберг, концепт «Социотех- ника песенных потоков»), Друпп П.В. (г. Мелитополь, концепт «Информационная пес- ня»), Орловский С.П. (г. Нюрнберг, концепт «Авторская культура песен бардов»); • Крыло «Вольные рассказчики»: Дулов А.А. (г. Москва, вольная культура), Луферов В.А. (г. Москва, профессиональный бард), Фрумкин В.А. (США, музыковед- ческий взгляд на песни Окуджавы Б.Ш.), Альтшулер Л.Ю. (г. Тула, понятийные филь- тры песенной клубной практики). • Крыло «Мы – особенное движение»: Андреев Ю. (г. Москва, наша самодея- тельная песня), Белецкий В. (г. Москва, заметки о неформальных группах). • Крыло «Мы – журналисты»: Жуков Б. Б. (г. Москва, сборник статей о песне), Аннинский Л. (г. Москва, книга «Барды»), Анпилов А. (г. Москва, сборник ста тей в Интернет). • Крыло «Мы – артисты особенного театра»: Лорес Ю.Л. (г. Москва, песня как театр одного актера). • Крыло «Мы – составители антологий»: Шипов Р. (г. Москва, Бардовские эшелоны), Сухарев Дм.А. (г. Москва, субъективная бардистика). 4

• Крыло «Мы – барды и организаторы песни, пищущие книгу воспо- ми- наний»: Полоскин Б. (г.Санкт-Петербург, книга), Городницкий А. ( г. Москва, книга) , Алмазов Б. (г. г.Санкт-Петербург, книга), Загот А.(г.Москва, обобщения пе- сенной практики), Каримов И.(г. Москва, несколько книг об истории Московского КСП). • Крыло «Мы – издатели сборников песен»: Беленький Л.(г.Москва, поиск новой систематики), Костромин А. (г. Москва, критика и напоминания), Вопрос № 7. Как вы относитесь к получившим широкое хождение ведозапи- сям лекций А. Мирзаяна о песне? Нам известны различные варианты таких лекций, длительностью по несколь- ко часов. Александр Завенович Мирзаян является, как он сам выразился «про- вокатором темы», имея в виду попытку создания Философии Песни, теоретическо- го отражения песни по большому счету. Я называю его концепцию «хождение за песенным языком», она представлена в диссертации настолько, насколько это можно сделать, собрав в единое целое высказывания А. Мирзаяна на его концер- тах и лекциях. Не заметить теоретическую значимость представлений А. Мирзаяна невозможно. Я очень жду его книгу и результатов его теоретических построений. Однако, мне кажется я его несколько опередил. Просто у меня есть один интерес- ный уникальный теоретический инструмент «понятийное моделирование», а у Александра Завеновича, по всей видимости, его нет. Обращу ваше внимание, что Мирзаян А. представитель третьего поколения послереволюционной русской интеллигенции. По выражению Луначарского А., тре- тье поколение – это яркий выразитель творческих накоплений первого поколения. По сути, для меня, это есть признаком принадлежности к пространству возможно- стей проникновения в сущность соединения явлений «интеллигенция», «само- деятельность по саморазвитию», «наша песня». И далее, тем самым А. Мирзаян принадлежит к самому умному поколению бывшего СССР – третье поколение по возрасту и третьей волне авторской активности в «нашей песни». Не странно, что именно отсюда и происходит его способность к умозрительному отражению песни. Да ещё какому отражению. Нам особенно нравится безграничность видения им пе- сенной идеи. Он видится здесь в образе птицы, способной летать к вершинам гор и способной читать огненный текст Хроник Акаши. Мы можем тоже говорить здесь часами. К сожалению, до сих пор, мы не в состоянии точно, один к одному, исполнить песни А. Мирзаяна, уж очень необычно он играет на гитаре. Эх, достать бы видео- запись движения его рук или парочку прямых уроков от мастера. Очень он велик в своих практических песенных достижениях. Как он выражается: «Песня честнее любой философии». Хотя, натурфилософический строй влит, как нам представля- ется, в его сущность по уши. Такой строй составляет значимый факт песенных со- стояний его сознания, так называемых песенных контекстов его саморазвития и бытия. Вопрос № 8. Можете ли вы назвать одного автора песен или группу авторов, от знакомства с творчеством которых вам как бы открылись глаза на рассматрива- емую вами тему? Да, такая фигура есть, это Владимир Туриянский. Именно практически с его песен мы как бы списали представления о главном полюсе бардов – Красоте Пронзительной. Бардовский песенный маршрут, с этого момента, представился нам как путь, компасом в котором есть полюс «Красота Пронзительная» – красота, 5

зовущая к жизни. Когда мы сказали об этом, в частной беседе, А. Дулову, то он заметил, что мол как можно было выбрать такую часто нетрезвую фигуру. Между прочим, В. Ланцберг также нам об этом пенял. Но, песни-то В. Туриянским напи- саны и ещё какие! Здесь хотелось акцентировать внимание слушательской аудитории на том факте, что результаты исследования зависят от выбранной для исследования фи- гуры. Нам повезло, что мы обнаружили вход в теоретические представления на множестве песен В. Туриянского. Его творчество нам удалось «вскрыть». До этого нам много лет было подробно известно песенное наследие Б. Окуджавы, но про- зрения не происходило. Внешняя простота Б. Окуджавы обманчива, за ней скры- вается сложная песенная синкретика. Как выражается известный литературный критик Дм. Быков (г. Москва) в своей лекции об Б. Окуджаве: «Окуджава прячет себя как автора в песенную рамку, исчезая из центра песни». Здесь становится понятным почему мы не видим практически никаких серьёзных исследовательских от ученого искусствоведа В. Фрумкина (США), который выбрал фокусной фигурой своего изучения песни Б Окуджавы. Вопрос № 9. Исполняете ли вы сами «нашу песню», считаете ли себя лично её «универсальным исполнителем», то есть Сибардом. Насколько проделанное вами исследование изменило вас самого как человека и как исполнителя «нашей песни»? Да, мы пытаемся достичь уровень «Сибард». Все наши поиски были устрем- лены на глубокое теоретическое понимание практики исполнения «нашей песни», понимание по большому счету. Отсюда и выход на создание процедуры «Само- идентификация универсального исполнителя» песен, которое можно построить только на основе теоретического отражения изучаемой темы. Такая процедура есть культурным отражением нашего самоизменения. В науке о песне принято го- ворить не столько об универсальности, сколько об аутентичности. Однако, в нашем понимании «универсальный исполнитель песен» владеет более широким диапазо- ном практики чем «аутентичный исполнитель». Например, исполнитель может быть аутентичным исполнителем песен Б. Окуджавы, и быть бессильным перед аутентичным исполнением песен А. Мирзаяна. Универсальный же исполнитель может аутентично исполнить все песни референтно-исполнительского множества «нашей песни», а это примерно 1 000 различных песен. В своей практике исполне- ния «нашей песни» мы всегда тянулись к уровню «универсальный исполнитель». Сегодня наша готовность здесь находится на уровне мастера и даже наставника. Проводим мастер класс «Гитара бардов», где рассматриваем подробно сложные аккомпанементы песен бардов. По полноте использования гармонии песни бардов вполне сравнимы с песнями всемирно известной группы «Битлз». Об этом ещё го- ворил бард Е. Клячкин, а мы это доказываем предметно в нашей монографии и учебнике «Гитара бардов». Вопрос № 10. Какое отношение результаты вашего исследования имеют к современной песенно-фестивальной деятельности, в России и в русскоязычном зарубежье (Германия, Израиль, США и др.)? Можно ли порекомендовать что-то но- вое и кому? В полученных нами результатах есть различные разделы, в том числе и по- священные фестивальной деятельности. В частности, такие понятия, как: «типоло- гия фестивалей» (полный, усеченный, заточенный на развитие и др.), «фести- 6

вальный бард», «виртуальный песенно-звуковой шатер фестиваля», «состязание бардов», «бардовский поединок». Как могут различаться рекомендации для разных стран мира русскоязыч- ного поля? – Это уже должны решать сами организаторы фестивалей, насколько они готовы заточить свой фестиваль на фундаментальную деятельность в дискур- се «наша песня». Вы только учтите, что песенный фестивали за рубежом остро ориентированы на отдых, а не на развитие песенности того или иного направле- ния. Песня за рубежом обслуживает отдых. Едут не столько за песней, а – отдох- нуть на природе в своей компании. В России же это далеко не так – там едут за песней, даже если надо ехать на кулички. Наши результаты направлены на углубление понимания «нашей песни» и подготовку её универсальных исполнителей. А это труд. Мы музицируем ежеднев- но не менее часа. Универсальный исполнитель – это, если хотите, служение на всю жизнь! Мы это говорим без всякого пафоса. Это должно быть нужно самому человеку, а не ради того, чтобы это показывать на удивление другим. Это нелегко. Здесь находится путь стремления истины, который далеко не всегда пересекается с наличием дружеского окружения и поддержки. Дальнейшее углубление этой ли- нии выводит в зону действия понятия «Кодекс исполнителя песни», а оттуда уже не далеко до понятия «Учение Бардов» – священной сердцевине исполни- теля «Авторской культуры песен бардов». Вопрос № 11. Как вы относитесь к интернетовским тусовкам по теме «Автор- ская песня»? Участвуете ли в них, если да, то в которых? В Интернет кого только нет: бардолюбы, бардоведы, бардсплав, миры бар- дов, барды из ролевых игр, … Однако, это всё только процесс проживания настоящего. По сути, никакой серьезной и концентрированной саморефлексии там встретить не удается. По сути, интернет – это для взаимного непритязательного общения. Как психотерапия для кормящихся информацией – инфофилов. Здесь преобладают не умные, а – просто активные, не обязательно деятельные (дли- тельно активные). Здесь можно копать только по поверхности, но не вглубь. Хотя есть и очень редкие приятные исключения. Постоянно возникают попытки организовать разумный интернет – Интель- нет, но это выдерживает только короткое время. Есть и усилия по специальному построению научно-исследовательского круга типа «незримый колледж», там мож- но обмениваться по-серьёзному. Беда в том, что практически все заметные в теории песни фигуры не имеют личного устойчиво работающего компьютера и тем более навыка работы с ним, а то и средств для его приобретения. Нам повезло, последние 10 лет у нас был свой личный надежный компьютер и время для документирования нашего вклада в дискурс о теории песни, такая почти 10-летняя «свободная докторантура». Именно поэтому сегодня мы можем вам представить свои результаты в достаточно полном культурном виде – как ряд полноценно культурного легендирования: отдельные статьи, сборник статей, монография, диссертация, энциклопедия, музей, учебник. Это вполне достаточно и для личного сайта, и для организации многолетней под- писки на Интернет-рассылку, и для цикла видео лекций в Youtube. Но, нам жалко своего времени, чтобы сопровождать такую работу. Пока мы не верим в помощь Интернет. Хотя, может чуть позже … Вопрос № 12. Можно ли считать, что ваш метод исследования позволяет до- стичь более высокий уровень сопряжения теории и практики песни, чем другие ме- тоды? 7

Да, потому, что в его основе заложена деятельность исполнителя песни – де- ятельность того, кто оживляет песню, превращая её из текстовой записи в песен- ную речь. Мы изучаем песню как нечто погруженное в пространство свойств «дея- тельность исполнителя песни». Делая находки в таком пространстве, мы тут же делаем находки в практике исполнения песни. Например, что говорят результаты исследования комментирующего (филоло- гия и рядом) подхода исследования? – Они говорят, например: «Братец, а текст-то песни не очень поэтичен. Поучись-ка писать его у таких классиков, как …. ». Это указание на элемент песни, а не на всю песню. А что говорят наши находки? – Они говорят, например: «Братец, твой внут- ренний маршрут в песне не соответствует понятию «Бардовский маршрут». Зай- мись-ка процедурой «Самоопределение аутентичного исполнителя песни». Если получилось, то устремись к позиции «универсальный исполнитель песни»». Это указание не на элемент песни, а на всю песню в целом. Указание на первоисточник песенной деятельности, который находится внутри исполнителя песня. Все рекомендации других методов исследования выставляют указатели не на песню в целом, а на её отдельные элементы. Песенная же практика требует, прежде всего, звучания песни как целого, а не выпячивания отдельных её эле- ментов. Вот отсюда и потенциальное превосходство деятельностного метода изучения песни над комментирующим методом. Вопрос № 13. Что вы можете сказать о теоретической модели песенной дея- тельности Елены Камбуровой и артистов её театра камерной песни? Естественно, в сравнении с результатами ваших исследований. Все, что нам известно о теоретической стороне песенной деятельности Еле- ны Камбуровой, то это то, что в одном из своих интервью она называла свои пред- ставления «Безтембровое пение». Точнее мне не известно. Что-то пыталась строить артистка театра Е. Камбуровой Елена Фролова, но у нас и здесь нет ясности. Поиски Е. Фроловой приводили её в разные сектора пе- сенной деятельности, например: русская этническая песня, песенной озвучивание профессиональной поэзии серебряного века, русский песенно-духовный стих. Нам более интересны представления о песне Е. Смольяниновой (висячий звук, тихое пение и др.), а также представления о натуральном голосе человека. Вопрос № 14. Как по-вашему можно характеризовать общую ситуацию с тео- ретическими исследованиями песни? Можно ли назвать здесь прорывные направ- ления (первая линия фронта исследований и т.п.) и табель о рангах? Недавно, 19-21 ноября 2013 г., в г. Москва прошла международная интерак- тивная научная конференция «Авторская песня: вчера, сегодня, завтра». Главным её организатором был Государственный Институт Искусствознания (Россия, г. Москва). Мы послали заявку на участие в этой конференции. Хотели выступить с до- кладом «О природе авторской песни и проблемах её теоретического схватывания», акцентируя две предлагаемые организаторами темы «№ 1 – природа песни» и «№ 6 – методологические проблемы исследования песни». Естественно, что в тезисах был указан размах наших представлений, а в заявке был указан задел – перечень уже готовых книжных рукописей. Нам долго не отвечали, но потом, за неделю до начала конференции, ответили, что наша заявка не принята по причине большого количества заявок на теоретические доклады!? 8

Прослушав в записи практически все сообщения и доклады конференции мы пришли в недоумение от представленного так называемого «теоретического уров- ня», не говоря уже о практике. Наш знакомый Л. Беленький, исполнительный ди- ректор «Союз деятелей Авторской песни» (Россия), писал нам, что эта конферен- ция представляется ему как 2-я конференция по проблемам песни. Первая конфе- ренция – это известная в среде КСП «Конференция в Петушках», проходила в подмосковье, в 1967 году, и была посвящена проблемам самодеятельной песни. Но разве то, что произошло как-то превышает то, что уже было сказано на первой конференции? – Никак нет. Нам пришлось написать большой специальный комментарий «Сборник методологических акцентов или комментированное изло- жение докладов и сообщений конференции» на 123 страницах формата А4. Теоре- тический уровень был представлен на конференции весьма слабо. Даже фигуры с мощным теоретическим заделом, такие как известный бард А. Мирзаян, не смогли подготовиться для краткого изложения своих теоретических результатов. В ЦАП 1 г. Москва, с 2009 года, работает лекторий «Теоретические чтения». Уже состоялись 20 лекций. Лекторий работает в режиме свободного поиска, без задания и удержания теоретической планки уже известного и проявленного в тео- рии Песни. Уже заявили о себе 10 докладчиков, среди которых: Альтшулер Л., Дашкевич Вл., Жуков Б., Каримов И., Кийякин А., Костромин А., Крамер А., Левин Л., Мирзаян А., Сухарев Дм. Некоторые из них выступили по нескольку раз: Мир- заян А., Жуков Б., Дашкевич Вл., Костромин А., Левин Л. Может быть это и есть список теоретиков переднего фронта дискурса «Авторская песня»? – Никак нет. Это только проявление столичной активности в этом направлении. Просто тусовка «ярких» одиночек без выстраивания интеграла «общее умозрение». Нам представляется важным и возможным уже сегодня заявить уровень «Теоретическая планка в изучении авторской песни». Это уже сделано в нашей статье «Пришло время интеграции теоретических представлений о песне» (2013, Интернет). Такая интеграция образуется путём сравнения результатов разных ис- следовательских подходов от «кардинальных теоретиков песни» и от «других со- искателей теоретической деятельности». Первым итогом такого сравнения являет- ся содержательное противостояние подходов «деятельностного» и «комментатор- ского» (практически вся современная учёная магистраль). Также представляется необходимым акцентировать фамилии исследователей первой линии фронта в секторе «Авторской песни». Как бы это не выглядело не- скромно, но мы видим здесь только две фамилии, а именно: А.З. Мирзаян и С.П. Орловский. Почему я не отмечаю здесь фамилию В.И. Ланцберга, который многим любителям авторской песни был известен как человек, сочетающий позиции «автор песен» и «теоретик песни»? – Мне представляется, что планка теоретиче- ского уровня, заданная известными мне рукописями В. Ланцберга, уже преодолена результатами наших исследований песни. Вопрос № 15. В каком состоянии готовности находится сегодня ваша вер- сия «Учение Бардов»? В самой первой версии было 10 машинописных страниц формата А4. Четыре гола назад она вошла отдельным разделом в мою монографию и диссертационную рукопись. Однако, с того времени, развитие темы не стояло у меня на месте Сегодня, май 2016 года, полностью готова версия № 16. Она называется «Учение Сибард» и представляет собой брошюру из 68 страниц формата А5 (32 машинописных страниц формата А4). Сибарды – это общее название персон «по- ющих как бард» у народов мира. 9

Сквозной линией всех версии Учения является соединенность моих пред- ставлений о песне с представлениями известного барда-мыслителя и «кардиналь- ного теоретика песни» А. Мирзаяна. Он сам себя называет песневедом. Я же вы- нужден быть не только кардинальным теоретиком и песневедом, но и компактоло- гом культуры. Здесь образуется образ «парусный многогранник» – многогранность от моих исследовательских результатов, а парусность – из разговорного поля от А. Мирзаяна. Сегодня таких парусов 4. Чего больше в Учении наших результатов или идей от А. Мирзаяна? – Алек- сандр Завенович называет себя провокатором деятельности по теории песни, в том смысле, что никто не вправе ожидать от него некой законченной и тем более научной монографии. Наши же теоретические модели и результаты вполне кон- кретны, выражены текстом и направлены на выстраивание идеалов практики аутентичного исполнителя песни из «Авторской культуры песен». Мы никоим обра- зом не копируем ни результаты А. Мирзаяна, ни В. Ланцберга. Результаты В. Ланцберга вообще не удалось использовать из-за их устремленности к построению некой выхолощенно детальной классификации песен, уводящей и размывающей, по нашему мнению, фокус внимательности аутентичного исполнителя песни. Вир- туальными нашими соавторами мы считаем двух человек: П.В. Друпп и А.З. Мир- заяна. Многогранность Учения возникает на основе выстраивания не одной, а не скольких позиций исследователя (изнутри, со стороны), но всё на основе ориги- нального деятельностного исследовательского подхода. Учение показывает песню сквозь деятельность «исполнитель песни». Фундаментальность понятия «песня» возникает как результат высвечивания особенного типа деятельности, в которую втянуто фундаментальное понятие «саморазвитие человека». Песня бардов – это результат деятельности сущностно поющих человеков. Таково краткое определе- ние песни в Учении. Можно уверенно констатировать, что ряд уже созданных версий Учения со- храняет представление о том, что «Учение Бардов» есть предвосхищающей мета- форой пути восхождения исполнителя песни к внутреннему состоянию «Торже- ственная Речь». Так формулирует Учение указание на «Тайну песен бардов». Вопрос № 16. Потребовался ли в вашей работе опыт совместной работы с похожими на вас энтузиастами теоретических построений о бардовской песне? Чтобы ответить ясно на поставленный вопрос, нам надо ввести вас в суще- ствующую культурную ситуации. Частично это уже сделано в ответах на предыду- щие вопросы. Но требуется ещё дополнить. Потерпите, ответ не будет кратким. Во-первых, известна проблема «поделиться работой с себе подобным». Она состоит в том, что коллективная работа хороша с нуля. Если у вас уже есть нара- ботки, то попытки соединить результаты двух или более лидеров могут остановить работу полностью. Здесь много всяких препонов: разные культурные коды, разный темп работы, разница в исследовательском подходе, разница в пластично- сти перемещения в пространстве «позиция мыслителя», разный уровень методо- логической культуры исследователя, разный практический опыт и др. С нашей сто- роны были предложения к совместной деятельности ко всем активным участни- кам теоретического дискурса, а именно: к теоретикам «Культурного следа КСП» и к теоретикам «Научный мейнстрим об авторской песне». Здесь и личная пере- писка, и было написано, письменное обращение «Ко всем живым теоретикам бар- довской песни». Обращение открыто и заметно висит в Интернет с 2006 года. Выше мы уже назвали структуру и фамилии того, что мы называем «Культур- ный след КСП». Особенные надежды мы возлагали на творческий контакт с живы- 10

ми «кардинальными теоретиками» Владимиром Ланцбергом и Александром Мир- заяном. Почему? – Потому, что мы сами работали в рамках этого крыла, где направленность на поиск Истины с большой буквы преобладала над тягой просто к дружбе. Для научного мейстрима об авторской песне вся наша троица была, оче- видно, из рядов маргиналов с большой буквы. Поэтому мы и не питаем иллюзии по поводу нормальности контактов с представителями этого мейнстрима по всему миру. По В. Ланцбергу. Оказалось, что наши отрывочные представления о направ- ленности работ песенного гения В. Ланцберга были сильно завышены, он «безна- дёжно застрял» на уже пройденном нами пути «эмпирическое обобщение больших массивов песенной практики». Особенно это стало ясно во время наших личных прямых контактов и на теоретическом семинаре В. Ланцберга. Три года мы жили в одном городе Нюрнберг (Германия). Взаимных сигналов «заимствовать» или «спровоцировать себя на творческий поиск» мы не ощутили. Более полно наше восприятие семинара выложено в открытый интернет, ссылка стоит в разделе Ви- кипедии «Авторская песня». Общий итог здесь таков – простое сопряжение резуль- татов проблематично и не целесообразно по предполагаемым трудозатратам. Со- циотехническая направленность мышления В. Ланцберга не была воспринята нами как плодотворная к тому, что у нас уже было. По А. Мирзаяну. Личные короткие контакты с песенным гением А. Мирзаяна также понизили неоправданно высокое наше представление о его теоретической гениальности. Но магнитные записи его разговорного поля, на концертах и лекци- ях, выравнивали эффект личного впечатления. Ведь А. Мирзаян и не скрывал, что он не столько теоретик, сколько – провокатор. «Обратите внимание, песня ведь не песенка, а – фундаментальное явление» – вот на чём многократно настаивает Мирзаян. Общий итог здесь таков – простое сопряжение результатов возможно и даже органично необходимо. Представления А. Мирзаяна – это «паруса», устрем- ляющие многогранное ядро нашей версии Учения Бардов к горизонту его мысли- мости, как гармонического единства: конкретного и идеального, единичного и ме- тамасштабного, части и Целого. По Лоресу. Немалое число раз меня спрашивали о возможности сопряжений наших теоретических построений с результатами Ю. Лореса, который создал учеб- ный курс «Авторская песня», остронаправленный на обучение артистов авторской песни. Основные опорно-тематические сегменты Ю. Лореса – это обучение сцени- ческому и стихотворному мастерству исполнителя авторской песни. Такой испол- нитель песен вводится в позицию «профессиональный исполнитель авторской песни со сцены». Однако, мало кто из задающих вопрос о Ю. Лоресе знает, что его представления возникли в культурной ситуации «личное выживание». Только как ближний ряд деятельностного подхода. У нас же таких рядов несколько – от ближ- него до идеала. Мы выводим исполнителя песни как носителя особенного потока саморазвития. Художественное и артистическое здесь не первично, а – только, как минимум, вторично. И это нельзя переставить местами. Представление Ю. Лореса – это только один из возможных и не самых интересных путей преломления нашей версии Учения в песенную практику. Вопрос № 16. Вы говорите, что вами сделано очень много, а где это «много» можно увидеть в официальных изданиях на бумаге и в Интернет? В сетевом научно-культурологическом журнале «Релга» 1 уже опубликовано 25 наших авторских статей, есть также сайт «Музей Барды Мира» 2. В мае 2016, в науч- 1 http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main?level1=authors&userid=1096. 2 http://orlovskyysa.wix.com/razvitie 11

ном издательстве «Хорс» (г. Краснодар) выходит наша не маленькая книга « Сбор- ник авторских статей по основам фундаментального песневедения, культуролгии и натурфилософии песен » (162 с., ф. А5). Это весьма небольшое количество из того, что уже есть в нашем авторском заделе. Всего у нас написано около 3000 страниц формата А4. Вопрос № 17. Каковы ваши планы по продолжению вашей работы? Интегральной крышей всех работ темы «Авторская культура песен» выступа- ет музей «Барды Мира». Это живая и очень глубокая идея. Её полная исчерпае- мость вряд ли возможна. Почему? – Да потому что она связана с идеей самораз- вития человека сквозь песенную материю. Не только человека в русской культуре, а человека во всех культурах народов мира. Музей – это обязательный инструмент формирования культурного следа. Ес- ли мы хотим, чтобы следы нашей песни не были потеряны, то мы должны совме- стить песенную и музейную практики. Если раньше узловыми элементами песен- ной практики были «клубы самодеятельной песни», то теперь ими должны стать «музеи авторской культуры песен бардов мира». Такие музеи – это активные пло- щадки культурного роста с досуговым и профессионально-поисковым окаймлени- ем. Здесь вшито целое «организационно-деятельностное колесо» со своим кругом песенно-творческих инициатив: концерты, фестивали, конкурсы, лекции, экскурса- рий, подиумные дискуссии, мастер классы, библиотека, фонотека, видеоктека, идеарий, проектарий, научная конференция и др. Мы надеемся на появление все- мирной сети подобных музеев. Дальнейшие наши планы – это планы музея «Барды Мира». Такой музей впервые заявлен нами в 2012 году в г. Нюрнберг. Однако, дальнейшая деятель- ность требует финансов и статуса. Эта часть сегодня требует боле интенсивных усилий и на общественных основаниях, как показывает наш опыт в Германии, её деятельность не возможна. Всё делается нами практически в одиночку и за соб- ственные финансовые средства. Проект есть, обширная легенда тоже. Но нужен еще и профессиональный социально-значимый статус. Вопрос № 18. Как вы относитесь результатам работы «Теоретических чте- ний» московского центра авторской песни? Да практически никак. Мы предлагали им сделать доклад, но нарвались на со- стояние «не ждали». Ни в одном из уже сделанных здесь докладов мы не обнаружи- ли деятельностного исследовательского подхода, который для нас есть ключевым. Если в определении песни нет слова «деятельность», то мы его вообще не воспри- нимаем. Почему? – Да потому, что песня как элемент художественной культуры есть вторичным проявлением деятельности по исполнению песни. Первичным же элементов есть процесс саморазвития исполнителя песни. Именно на него идёт опора и песенная форма приобретает свойство быть простой схватывающей фор- мой – дневниковой записью процесса саморазвития исполнителя песни. Поток само- развития человека – вот, что надо увидеть под покровом художественной формы. На теоретических чтениях в г. Москва этого не происходит. Кроме того, из докладов формируется просто архив докладов, а не «Культурный след». Они не реагируют ни на наши предложения, ни на наши замечания. Что это? – Нам представляется это не далеким снобизмом с их стороны. Нам их результаты не нужны, мы их не использу- ем. Почему? Да потому, что мировая ось сферы «Теория песни» сегодня находится у нас. Это не хвастовство, а констатация действительного положения дел. Мы здесь готовы ответить на любой встречный вызов. 12

Вопрос № 19. Значит сегодня вы – это «Иное», а все остальные участники теоретической сферы песен бардов – это либо научный мейнстрим или рядом с ним. Как такое возможно, в чем причина разницы, ведь наука об «Авторской песне» уже существует более 30 лет? Неужели не могли разобраться? Да, мы из «иного». Почему? - Здесь можно много причин. Вот несколько оче- видных из них: 1) песни бардов являются весьма сложным объектом изучения; 2) методологическая культура мышления ученых диссертантов оставляет желать луч- шего. Нам здесь очень повезло, так как у нас параллельно написана рукопись док- торской диссертации по такой культуре; 3) у нас не было регламента времени на наше исследование, оно длилось почти 30 лет; 4) мы изучали песню для удовлетво- рения нашего глубокого интереса как исполнителя и автора песен. Создавали тео- рию не ради выполнения зачетной престижной позиции, а теорию для выстраивания идеалов песенной практики. У нас другой исследовательский подход (деятельностный, а не филологиче- ский), масштаб охвата изучаемого явления (охватываем все явление в целом, а не только малую его часть), связанность с другим фундаментальным явлением (наша песня связана с фундаментальным потом «саморазвитие человека» и только потом с потоком «художественное искусство»). 13

Chkmark
Всё

понравилось?
Поделиться с друзьями

Отзывы