Изгой

Инфернальная сказка о потерянной любви
12
Просмотров
Поэзия > Творчество
Дата публикации: 2013-08-21
Страниц: 61

ИЗГОЙ ИЗГОЙ Инфернальная сказка о потерянной любви Сергей Аретинский Artzsm@mail.ru Часть 1 "Повесть о потерянной любви"


".... Любовь стара, как мирозданье, но кто пришёл, и кто придёт на свет приходит обновить её завет". Д. Г. Байрон 1 Во сне, иль может наяву Я видел горную траву, Срывал фиалки среди звёзд И в грёзах плыл, не зная слёз. Лишь свет коснулся век моих, В нём солнца луч, прозрачный лик, Привлёк мой взор к степным орлам, Несущим ветер к облакам. Услышал я, сей гордый крик, Их крыльев взмах, - парящий миг, И гордой песнею пьяня, Орлиный клич ввысь звал меня. Я видел, как нелепы дни, Как с ночью ссорятся они, Как ярким пламенным мечом Гроза обнялась здесь с дождём, И гласом Божьим в небе - стон - Раскатом бился в тучах гром. И вдруг, сей гром, захохотал, Рванул с небес воздушный вал, Обрушив шквал на стаю птиц, Тотчас пред смерчем павших ниц. Вдруг смерч издал протяжный вой, Один орёл, метнувшись в бой, Крылом разрезал груду масс, Он будто с ветром был не раз, И словно смерти вопреки, Оставив почести свои, Пронзящим кличем звал грозу И как заклятому врагу, Обнявшись в схватке роковой, Здесь не давал грозе покой.... В ком мудрость есть, тот сам поймёт, Что в бурях слабый не живёт, И кто ж, мой друг, всему виной, Что птица спорится с грозой. Им вечный бой дала судьба, И время вдруг сошло с ума,

Разящей молнией сражён, Ломая крылья, падал он. Я к месту бросился тому, Где пал, по мненью моему, В неравной битве тот орёл, Что духом был своим силён. Изранен он, среди камней Лежал, беспомощью своей Он покрывал кровавый путь, Мешала боль ему вздохнуть. Его раздавленную грудь Бил, рвал, трепал нещадный дождь, Грозой с небес спускалась ночь, Гром с бурей выли песнь свою, Лаская ветреную тьму. Мы затаились средь камней, А мрак бесился всё сильней, Я скрыл орла от гнева туч, Где мгла мутила сотни круч. Он вдруг собрал остатки сил И, как герой, заговорил: "Шакалам кровь отдам свою, Освободи же грудь мою, Я умираю средь камней В расцвете юности своей. Я молод был и полон сил, Когда-то счастьем жизнь любил, Но жизнь изменчива порой, И как волною за волной Меняет смерть желанье жить, И радость хочется забыть. Пред смертью жизнь не утаю, Послушай исповедь мою. 2 Где воды всходят к облакам, Где море предано волнам, Я был когда-то рыбаком, Мне тихий ветер был знаком. Я, как изысканный цветок, Как в тёмном лесе огонёк, Был райским островом, любим, Но вот беда, я жил один...". Вдруг на мгновенье он замолк,


Кровь с раны лилась на песок. Страданье жгучею звездой Омыло взор его слезой, Как будто мир ему был мал, Но кровь, сглотнув, он продолжал: "Не помнил я свою родню, И жизнь бы проклял я свою, Как песней птиц, мой теша слух, Где после гроз, прозрачных луж Не видел близких я лица, Лишь вездесущая тоска Меня манила в дальний путь, И лес шептал: "Печаль забудь". Я жил один, к чему теперь Безумный хор мирских потерь? Людская страсть меня звала, Я человеком был тогда. Мой остров был не так велик. Лишь солнца свет лучистый лик Теплом ласкал цветущий лес, И птицы песнь несли с небес. Я помню терпкие луга, У вод обломки корабля, Росу нагих, высоких трав, И моря всплеск - могучий нрав. Меж тёплым небом и землёй Туманы длинной полосой Скрывали прелесть иногда, Лишь ветром детские года Летели, ни одна звезда Не освещала мне мой путь, И страх забрался болью в грудь. Я не был в обществе людей, Лишь понимал язык зверей, И птицы песней тут и там Волшебным, сладким голосам Меня учили, может быть, Дано мне было позабыть Тот материнский свет очей И взгляд прекрасных лунных фей. Не думай так.... Я не хочу, Чтоб жалость ломкую свою Ты мне дарил в предсмертный час, Здесь средь камней, укрывших нас. Мне чужд тогда был мир людей,

Я предан был земле своей, И предсказать не мог тогда, Что мне готовила судьба.... 3 Однажды, с ветром поутру, По обыкновенью своему, Ушёл я в море, чтоб вдохнуть В свою измученную грудь Хранимый морем лёгкий бриз. Я слушал: нот его каприс, И как восторженно поёт Омытый солью мой вельбот. В те юношеские года Нещадных бед не видел я, Ненастья не было, и вот. Что в вечном мире грёз живёт, Проснувшись грозною волной, Седою вольной бахромой, С глубин поднялся грозный шторм И завертел вдруг всё кругом. Играя с ветром по волнам, Он моим хрупким парусам Нежданной гибелью грозил, Строй чёрных туч во мгле водил И, завихрившись вдруг, и вот Мой вмиг потрёпанный вельбот Он подхватил и вдаль понёс. Не видя горьких моих слёз. В тот час я ужас испытал: Казалось, Божий мир здесь спал, И в том объятии роковом С небес тотчас рождённый гром, Смеясь, издал пронзящий вой, Он словно ссорился с судьбой, Как будто жизнь есть вечный бой. Я думал, смерть пришла моя, Не помню: сколько, где, когда Вельбот мотал по морю шторм, Играя смело в лоне волн. Он вскоре стих, и лишь порой Густой, широкой полосой С небес луной спускалась тьма, И хладно-яркие глаза Открыла ночь....... И изумрудная луна В просторе ласково плыла. Как прежде я не видел ночь?!

И звёзд, несущих вечность прочь, И эту тайную красу.... Вдруг понял я, что мир люблю. Потрёпан морем, сбит, распят, Вдруг страхом сжал мне сердце мрак. В конец, собрав остаток сил, Пока во мне рассудок был, Я взял надёжное весло, И словно всем смертям назло Я в исступлении стал грести И сделал то, чтоб сделал ты. Глядя на моря лёгкий флирт, К спасенью вёл меня инстинкт, Но к сожаленью не всегда Бывает твёрдая рука Опорой в грозном мире том, Порой в свирепом лоне волн. Куда ни глянь, везде вода Стеной, сбивая со следа, Меня по волнам мрак носил, Я в немощь выбился из сил, В изнеможенье вдруг упал На дно вельбота, мир мой стал Проходом в светлый город грёз, И сад цветущих, алых роз Рвал хрупкую немую нить, Мне не оставив шансов жить. Часы меняли Божий свет И на зловещий тот вертеп Акулы хищною гурьбой Сбирались смертью надо мной. Я вдруг издал тяжёлый стон, Кружась в том танце роковом, Почуяв плоть, смертей лицо, Сжимая душу мне в кольцо. Мой мозг забвением поник, Внезапно я представил миг: Как рвут акулы болью плоть, И море примет мою кровь. Не знал я: умер, иль живу, Казалось, что чего-то жду. Мне мысли не несли покой, Я к смерти шёл своей тропой. Мы не вольны в своих делах, Я был в агонии руках, Передо мной неслись года,

И не хотелось мне туда. Где жизнь ту смерть несла из рук, На перекрёстке ада.... Вдруг.... Увидел я лучистый лик, Мне не забыть чудесный миг. 4 О Божий свет!!! Не видел я Того прекраснее лица, Тех страстно плавных линий губ И томных ласк - счастливых мук, Что я не мог своей рукой Дотронуться до них своим желаньем и тоской. А взор её бездонных глаз Ласкал меня, и в этот час Мне не забыть сих тайных грёз, Цветущих локонов волос, Лазурью спутавшихся роз. И странной прелестью очей Меня звала она: "Скорей, скорей! Долину смерти сменит новь". Грозой забилась в жилах кровь Любовь! Любовь! Любовь! Как ослепительно мила, В поющем лоне волн она ..............................плыла.... И в упоенье каждый нерв Подрагивал и пел, и пел, Но даже помыслом не смел Я пригласить её в полёт, Но нас уж ждал небесный свод, Раскрыв врата мечты, и вдруг Не разомкнув счастливых рук, Мы понеслись навстречу снам, И как прекрасно было нам Петь и смеяться на ветру, Храня в душе любовь свою. Мне было радостно вдохнуть В свою волнующую грудь Дыханье прелести её, Нас не тревожило ничто. Мы уносились прочь с земли К далёким таинствам любви. Я видел лишь желанный взгляд И сладким трепетом объят, Я верил: ни одна беда Не разлучит нас никогда". Глотнув дождя, он снова смолк,

Сеть чёрных туч могучий полк Не покидал просторов.... Тьма Грозу со свода прогнала, Вдруг ливень стих в тот час ночной, Запел безмолвием покой, И брат тех сил воздушных масс Продолжил прерванный рассказ. "Свет видел, как больна душа, Мне жизнь, как дар, дала судьба. Очнувшись, я увидел край Свой призрачный, любимый рай. Но скучен мир, когда дожди Стеной воды обмоют дни, И песни птиц не красят ночь, Без смысла дни уходят прочь, Когда теряешь блеск любви, Жизнь, как стекло, летит в куски. Я беден был, но так богат, И не страшил меня тот мрак, Что штормом, смертью мне грозил, И страхом тем лишая сил. Меня толкал в кромешный ад, Доволен был собой и рад. Но вспоминал я вновь и вновь, Как светом жизнь спасла любовь. Но где теперь она, куда Идти мне? Сколько? Как? Когда? Где мне искать пропавший след, Сквозь призму не минувших лет? Быть может, это был лишь сон, Рассудком дух трепал мне он, Иль может быть, самообман Лекарством от душевных ран Забвеньем тьмы мой тешил дух? Ведь прежде я не знал тех мук, Когда далёкая звезда На небо выйти не могла. Менялись дни немой тоской, Я словно был мирской изгой, Чего-то ждал и верил снам. Внимал далёким голосам. Тоскливой песнею пьяня, Ждала душа любви огня. Зачем же я, свой страх забыв, Средь ада вод остался жив?

В один из дней, когда уж я, Стал думать, что звезда моя Пригрезилась мне в смертный час. И не было тех чудных глаз, И тех взываний лаской рук.... ........................................ Как на прибрежном камне вдруг Увидел я русалку.... Как мила! В моей душе: "Она, она!", Спасла меня в предсмертный час, Укрыв от мглы зловещих глаз. Я помнил все черты лица, Мне не забыть их никогда. Триумф любви счастливый лик Мне вновь дарил чудесный миг. 5 Она не видела меня, От света негой скрыв глаза, Изящно, нежною рукой, Искрясь на солнце наготой, Сушила прядь живых волос, В них словно мириады звёзд Переливались на свету И изумрудную мечту Таили в прелести своей, Я так желал остаться с ней. Сквозь изумруд янтарных брызг Бег моря волн был слишком быстр, Чуть набегая ей на хвост, Миллионом тех хрустальных слёз, И море радостью своей Ласкало отблеском лучей. Русалки образ тот живой Златой искрился чешуёй И отливался серебром В игривом, светлом лоне волн. Весёлый смех меня искал, То пел, то снова замолкал, Забравшись в сердце глубоко. Мне было вольно и легко. И сладким сном заныла грудь, Я вновь хотел пройти тот путь К любви с русалочкой моей - Красавицей мирских морей. Нас укрывала синева, Вдруг счастьем встретились глаза.

И улыбнувшись, в тот же миг Как новорожденный родник Она ушла в далёкий мир Бескрайних волн могучих сил. Я словно в омут с головой Метнулся, мыслей жадный рой Меня терзал, как будто я Её не встречу никогда. Я звал мечту, как только мог, Немой призыв никак не смог Вернуть её к лучам земли Из той подводной глубины. Припав к камням, я стал здесь ждать, Мир расступился, и опять Звездою вод сей стройный стан, Он словно утренний туман, Вдруг поманил меня к себе, К любви - таинственной мечте. Я окунулся в сети волн, И мир тот призрачный, как сон, Открыл врата морских чудес, Кораллов риф - подводный лес, Тянул меня в волшебный край, В далёкий свой извечный рай. Удушьем мне сдавила грудь Вода глубин и не вздохнуть Привольно воздуха легко, Ведь моря дух тянул на дно. Нелепо я лишался сил, Объятый пустошью весь мир - Отчаяньем в груди моей, Я шёл на дно, чтоб быть лишь с ней. Вмиг обращалась жизнь моя, Взгляд застилала пелена Водою мутной пенных слёз, Открыв дорогу в город грёз. Но вдруг, склонившись надо мной, Волшебной, ласковой рукой. Обняв желанностью своей, Зажгла огонь в душе моей. Как моря песнь вольна, сильна, И я почувствовал тогда Любви той привкус на губах, И словно на семи ветрах, Вдыхая жизнь, летела страсть, И ту немыслимую власть Над миром вод имел тот дух, Он будто сердца чуткий стук

Будил энергию любви Среди пучин морской дали. Обнявшись, мы летели прочь, Стремглав, в таинственную ночь Неслись ландшафты глубины. И путь загадочной мечты Нам освещался светом грёз, Он ненависть мою унёс Любовью в тайники души, А голос неба и воды Признаньем томным тешил слух: Касаньем губ и лаской рук. Вдруг, страстный блеск желанных глаз В груди моей.... В сей звёздный час Любовь и жизнь переплелись И к чудесам морским неслись. Я счастлив, горд, как никогда, Со мной желанная моя, Любимая звезда - Шептал я: "Будь со мной всегда". Она учила, словно мать, Ловить и слушать, понимать Морских животных голоса, Бранив меня, была мягка, В волшебных днях ученья том Под песнь игривых, синих волн, Ведь моря азбука легка, Когда хотят учителя Учить любя учеников - Невежд разбить гранит оков И понимать их с полуслов. Любовь моя на все века Другие сменит времена, Их ветром движет Божий взор И созовёт грозы сестёр. Тех дней, ушедших мглой в года, Мне не забыть уж никогда. Я понимал язык китов, Их песне радоваться мог, Дельфинов крик изящных стай Водил меня в свой чудный край, И в танце дивном плавники Их были плавны и легки.

В безмолвном царствие своём Подводный лес морских знамён, Немых медуз и чудных звёзд, Волшебных трав, подводных роз Я видел прелесть, жемчуга, Все моря щедрые дара Несли любовь на крыльях мне, И я пьянел в её вине...". На миг прерву его рассказ, Огонь в груди и блеск из глаз, Незримой силой, жившей в нём, Любить заставил меня он. 6 "А дни летели будто сон В обыкновении своём И не заметили тогда, Как к нам подкралась и беда. Пером ломается мой стих, К брегам пришёл тот самый бриг, Что до сих пор мой режет мозг Обильной болью горьких слёз. Их было больше десяти, Глаза зверины и пусты. "И это люди!?" - Боже мой, Они, как крыс пугливый рой, Свой, пряча страх за маску зла, Укрылись тьмой от света дня. В сердцах их пульс трубит одно: Наживы страсть - людское зло. О, Бог мой...! Счастью моему Пришёл конец, я не пойму: Зачем Ты отнял вечный миг, Уже ль желал мне всё забыть: Что было с нами в свете дней, В слиянье душ, ночных страстей. Безжалостно любовь мою Они схватили, не таю Бездушно похотью своей Вмиг надругались здесь над ней, Что до сих пор меня сверлят Их алчный вид и злобный взгляд, И ужас рока тех минут.... Свои их дети проклянут. В тот самый страшный в жизни миг

Душа взревела, львиный рык Родился вдруг в груди моей, И с силой выбитых дверей Воскресла ненависть моя, В неравный бой вела она. Я словно разъярённый зверь, Неистово рукой своей Душил тех ядовитых змей. И в схватке боль всю силу льва Рождала мне моя душа. Но силы были не равны: Их яд страшней, и в той дали Вдруг ярко вспыхнул белый свет - Удар - и больше боя нет, Лишь гул в мозгу и страшный звон Вовлёк меня в нежданный сон. Очнувшись, сразу понял я, Что уплыла звезда моя Дыханьем леса, песней волн. Увидев чистый горизонт, Я стал влезать на дерева, Надеждой кружилась глава, С затылка липкой массой кровь Сочилась.... Вновь и вновь Искал усталым взором я Тот бриг. Укрылась ночью тьма, Прогнав свет дня на свой ночлег, Скрыв от меня пропавший след. Напрасно в бешенстве порой Кричал и звал больной душой, Желал вернуть её к себе, Но отзывалось вдалеке Лишь эхом ночь, обрывком слов, И стыла в жилах дрожью кровь. К земле сырой я припадал, В плену отчаянья рыдал, И рвал изрезанной рукой Кусты лесов, во мгле ночной Я грыз сырую плоть земли, И слёзы горькие текли Из глаз моих средь тьмы огней, И безутешностью своей Сеть тяжких дум ужасный рой Кричал: "Покончи в миг с собой"! Вдруг шёпот волн напомнил мне О той потерянной мечте, И лес всей силою своей

Взывал к борьбе: "Иди за ней"! И волю из души ручья Свирепо ненависть пила. С дыханьем моря синих вод Я взял проверенный вельбот - Понёсся.... И попутно мне Дул ветер, преданный волне. Воздушной песней паруса, Животных моря голоса Меня тянули верой вдаль, Узрев тоскливую печаль, И даже вольный, грозный гром Не смел, поднять с глубины шторм. Мне стало одиноко вновь, И снова стыла в жилах кровь, И краски дня теряли смысл. Под моря песнь янтарных брызг Вдруг лёг мой путь чрез океан, И боль от тех душевных ран Вела меня сквозь свет и тьму. Найти! Вернуть! свою звезду Я мог, лишь трудность испытав, Внезапно волей судеб став Сильней, чем синяя волна И ярче, чем небес звезда. В далёких уголках души, Сознаньем яростной войны Я словно ошалелый зверь Встал на краю немых земель. И я увидел материк И понял вдруг, что мир велик. И чтоб найти пропавший след Потребуется много лет. Я был в неистовом бреду И шёл чрез боль, лицом к лицу Встречал я смерть свою не раз, Но леса тот немой наказ Я помнил, в голове моей Неслись обрывки снов, страстей...". Часть 2 "ВОЙНА" "Смерть достаточно близка, чтоб можно было не

страшиться жизни. И я не бегу близости людей: как раз даль, извечная даль, пролегающая между человеком и человеком гонит меня в одиночество". Ф. НИЦШЕ 1 "Чрез океан сухих песков Пролёг мой путь, шальных ветров Зловеще-жуткие тиски Песчаных бурь каскад несли, Где бело-жёлтый горизонт Чертил мой страшный злобный фронт. Стражи пустынь - поводыри - Барханы, солнце, миражи За мной следили в сетях дней, И я то шёл, то полз, как змей, И шаг за шагом, болью боль Играл в песках героя роль. Не помню, сколько был я там, И сколько жгучих, страшных ран Я получил, но стал сильней. Вдруг.... Вдалеке, тусклых огней Открылся мир, и видно мне, Как в робкой горизонта мгле Они, играя, солнца ждут И к танцу своему зовут. Превозмогая боль и страх И голод свой в тревожных снах, Поднял мой дух тяжёлый рок На тот отчаянный бросок. И сознание терял, И падав, снова поднимал Чуть-чуть живой свой силуэт. На фоне тех злосчастных бед. Изнемогая от жары, Желая призрачной воды, Я думал, что в краю чужом Людская жалость примет в дом И обогреет, и спасёт, И выслушав меня, поймёт. Когда увидел город я - О, Боги света, небеса...!!! Увенчан он людской мольбой И над своей сырой землёй

Он простирал зловещий гной. Уныло песня там жила, Не о любви была она. Под скрежет стонов и цепей Огонь плясал средь трупных дней И вечным голосом своим Шептал мне духом терпких вин. А грозный ветер ночью выл Средь улиц - выжженных могил. Из горя жуткого стена, Где смертью чёрною чума Сбирала плесень падших душ, Лакала кровь из мутных луж И хохотала в смертный час, И в той дали миллионы глаз Вздымали против свою рать, Но не могли ей помешать Казнить добро на плахе зла И строить храм из боли рва. Там над людьми незримо власть Жгла ту беспомощную страсть, Я видел здесь сплетенье рук, Сжигались трупы - тяжкий труд Свершали люди и тогда Решил бежать из ада я, Но в той пугающей дали Мне было, боязно идти. Вдруг перед небом и землёй Чума подкралась в мгле ночной, В меня, вкачав свой трупный яд, Сказала болью: "Ты не рад, Узреть меня в ночной красе, Испить желанье в тишине, Прильнуть теплом к груди моей, Услышать песнь моих речей, Узнать, для рабства иль войны На этот свет родился ты"? И вряд ли спорить мог тогда Я с этим сгустком злого зла. В плоть когти острые впились И в мёртвой схватке мы слились, Упав во мгле средь плит сырых, Но волей судеб быть в живых, Мне суждено было в тот миг. В груди моей надрывный крик Вдруг проклял чёрную чуму, И её - заклятому врагу,

Желал я смерти в этот час. И воплем диким грозный глас Родился вдруг, держа ответ: К чему тебе так много жертв, Зачем, скажи мне, не тая, Тобой отравлена земля? Неужто ты в кошмарном сне, Подобно огненной войне, Кровь грешных душ на свой алтарь Льёшь горем.... Слышишь, тварь!!! Я говорю тебе, будь, проклят день, Когда природы колыбель В извечно-ровной тишине Тьмой боли жизнь дала тебе. Оставь тех грешников, их путь - Давно, как выжженная ртуть. Терзай мне плоть в своих цепях, Распни меня на всех крестах. Веди в могилу за собой, Я принимаю вызов твой! "Постой, постой...", - Вдруг отвечала мне чума, - "Твой дерзок тон, моя ль вина, Что уготовано судьбой, Рождать мне в людях злую боль. Взгляни на них, их грех глубок. Невежество - незримый рок. Как червь их гложет изнутри, Средь распростёртой мною тьмы. Их души моются дождём, И мгла - их вечный мирный дом, Их думы скудны и пусты, Они не могут жить без тьмы. Глаза их век скрыла вуаль, Ужель тебе их стало жаль, Ужель всем судьбам вопреки Со мной останешься в ночи...? Да, ты действительно силён И не рождён здесь быть рабом.... Что ж я уйду, но помни, вновь, Пройдут года, и твою кровь Мои уста отпьют во тьме В придуманной тобой войне". 2 Несносный жар в груди моей Немым трудом больных костей Привёл меня в безмолвный лес, Что на краю стальных небес,

Как будто вечный страж земли, Стоял на берегах реки, Что уносила за собой Мою не прошеную боль. Я весь в огне, и мысль одна: Меня изранила чума. Руками яростной войны Я полз, хватаясь за кусты, Цеплялся жизнью за травму, Твердил рассудку своему, Что роковой не пробил час, Что Божий дух и в этот раз Меня спасёт.... Но вскоре сам, Прошу я верь моим словам, Не знал: зачем иду, куда И доживу ли до утра, Тогда мне было всё равно - Внезапно впал я в забытьё, И сколько был я в том бреду Известно Богу одному. Очнулся я среди убогих стен. Язык мой был и сух и нем, И говорить не мог тогда Мои несложные слова. Обитель скорбную свою Я осмотрел, не утаю: Она была хрупка, мала, Как слёз солёная вода, И из лесных ветвей сухих Стояли стены и на них, Нанизан ветхий потолок Из тех же самых деревов. Сквозь то убогое окно Мне было видно лишь одно: Как робкий ветер поутру Вёл облака в свою зарю. Я, было, вдруг хотел привстать, Но злая боль меня опять Прижала к той сырой земле, И я услышал вдалеке Беззвучный шум глухих шагов. Среди сетей немых кустов Они приблизились, в сей миг Дверь отворилась, и старик Пред взглядом боязным моим Предстал, как грозный исполин. Он был высок, но бледен, худ,

Как будто тяжкий, долгий труд Его все годы изнурял, Но волю старца не сломал, Ведь руки крепки, как тиски, Лишь сединой его виски Сказали: сколько войн и бед Ему пришло на этот свет. Он что-то странное сказал, Но я тогда не понимал Его неведанный язык, Я болен был, пуглив и дик. 3 Мудрец историю свою Поведал мне, я расскажу Тебе о ней из уст его И не укрою ничего. В то время к старцу я привык. Стал понимать его язык, И вот однажды как-то раз Спаситель начал свой рассказ: "Я тоже был горяч и молод, Умом и силой тела полон, Живя среди домов усталых, Был в обществе людей бывалых, И тайный смысл их бытия Наукой вкладывал в года. Жизнь наш город нёс свою: Встречал волшебную зарю И засыпал с закатом дня, И в грёзах плыл в полёте сна. Я тоже был, как ты влюблён, И как мы все в любви рождён, Я мог до капли свою кровь Отдать за прежнюю любовь.... Но потерял в пылу молитв Свою любовь я в поле битв, Когда свирепый мир тревог На нас послал смертельный рок. Чем вызван был тот Божий гнев...? Струною лопнул крепкий нерв, Что был связующим звеном Меж светом - тьмой, добром и злом. О, ведьма! - чёрная чума - Та ада вечная раба, Вскормила нас больной тоской, Покрыла свет зловещей тьмой И отравила нашу кровь, В могилах вольную любовь

Она укрыла от меня, И в бой отчаянней врага Вступил я в той тени ночной, Не зная сна, забыв покой, Где философский свой кристалл С упорством диким я искал. Перелопатив горы книг, Я был фортуною забыт, Но, словом сим и опытным путём, Мой метод был во мгле рождён, Им в людях исцелять я мог Рождённый чёрной ведьмой рок, И словно ночь от света дня, От меня пятилась она. Судьба тогда сулила мне: Смертельный яд испить в вине, Но вскоре злым еретиком, Своим трусливым королём Меня назвал немой канон, И символ дьявольских имён У скрытых мглой туманных вод Тянул меня в свой хоровод, Где на краю больных вершин Смеялся злобный Хэллоуин, Где демонов победный взор Готовил мне людской костёр. Увенчан болью и тоской, Я проклят небом и землёй, Тогда я с горем, болью жил И о прощенье не молил. Ведь в нашем городе беда - Царили хаос и вражда, И покидал свои дома Простой народ, что жить не смог Средь душных улиц и тревог. Там на меня свирепый бес Поставил свой зловещий крест И инквизиции печать, Но мог из города бежать Я в этот лес, укрывшись в нём, Смыв боль и страх с себя дождём. Я жил один во тьме безмолвной, Один, как прежде, отрешенный, Где свой магический кристалл Средь тяжких мук в лесу искал. Здесь продолжал я скорбный труд В стране иллюзий и разлук. В пылу бессмысленной борьбы Пред мной стрелой неслись мечты

Всех тех, кто был когда-то молод, Был чист и свеж, и странной жизни полон, Где жаждой знания томим, Гранит открытий поддавался им. И я вдыхал их кислород В свой воспалённый, жадный рот, Так шли года, но жизнь забрал Немой предел, я слаб и стар, Теперь мне поздно принять бой С той смертью - чёрною чумой, Но свой магический кристалл Тебе я с радостью отдам". 4 "Великой логикой вещей Судьба вершилась, я за ней Бежал, насколько было сил. Таинственный блаженный мир Открыл мне знанием старик, Он научил немой язык Сим тайным слогом жечь сердца, Триумфу Божьего венца Внимать всей силою своей В простой обители людей. Он рассказал мне, как была Земля предельна и пуста, О том прошедшем бытие, Об искусительном вине, Что было выпито до дна В раю из чаш добра и зла, Как приняла земля людей В объятья здешних скоростей, Как в сети сладостных утех Их вел рождённый ими грех. Там плыла воля среди вод, На сушах жил простой народ, Годами шёл за ночью день, И солнца свет меняла тень, Там где в пространстве всех небес Расположился вечный лес. Так уходили прочь года, И сном забыли мы: когда Пришли в сей мир, зачем Гоняем силу в жилах вен? Я в новой жизни зашагал И мудрость старца постигал, И шаг за шагом по воде, Как вещий дух шагал к себе, И силы тайные души

Я пробуждал в лесной тиши. Так время шло и чередой Менялись дни своей тоской, Я постигал науку ту, Чтоб встретить бой лицом к лицу, Чтоб ведьме из семи смертей Достойный вызов бросить, ей, Сказав для всех, взглянув назад, Сорвав с судьбы пустой наряд. Вот я опять один в лесу, И думу тяжкую свою Несу в себе, и стыдно мне Признаться самому себе, Что совесть страхом хладит кровь, Когда подумаю, что вновь Мне суждено пойти назад В тот вещий злобный, сущий ад, Где ждёт меня смертельный бой С той разъярённою чумой. Так шёл я, гнав из сердца страх, И клятву нёс в немых стенах, Что дал незримо старику В том неизведанном лесу. 5 Спустилась ночь, лишь тёмный лес Вознёс луну к краю небес, И лабиринт пустынной тьмы Он осветил в ночной дали. Я жаждал сна, но за спиной Раздался злобный волчий вой, Он резал мозг, И поплыла Земля с под ног, Во все глаза С усильем вглядывалась сталь В ту нескончаемую даль.... Минута, будто вечность, шла, И в чаще вдруг увидел я: Зрачки зелёных глаз шальных Во мгле светились, всех святых Тогда я вспомнил в этот миг, И затаив дыханье, стих. Сном перешёптываться стал Предел с началом всех начал, Но я тогда в тени ночной Забыл забвенье и покой. Я отступил, и сердце вдруг Во мне призрело слабый дух,

И жаждой в тот кровавый бой Вёл смертный рок больной душой. В руках своих я посох сжал, Как лунный свет, блеснул металл, И я обтёр сырой травой Конечник посоха стальной. Я ждал непрошеных гостей, Свирепых их клыков, когтей, Как пыл костров горел я весь И умереть готов был здесь. Вдруг мрачной похотью лесов Отряд голодных, злых волков Укрыл тенями чудный край. Протяжным воем хищных стай Ревела ночь, и в хладной мгле Они приблизились ко мне. Среди лесов не ждал других, Но стал я пятиться от них. Почуяв жертву - плоть мою, Они в кровавую зарю Меня вели, как будто я, Не доживу здесь до утра. Но вот минутный, робкий страх Навек исчез в лесных стенах, И я увидел, как кольцом, В объятье волчьем, роковом Меня душил зловещий лес, Среди деревьев и небес. Их было семь, я всё следил, Их взоры, словно плеть, ловил, И в мыслях тех, среди молитв Я вспоминал уроки битв, Что дал мне знанием мудрец, Читая в небе Божий текст. Я ждал, взяв трость наперевес, Минуту схватки.... Наконец, Один из тех семи волков, Оскалив ряд своих клыков, Смертельным, бешеным прыжком На грудь накинулся мне, и он, Вдруг посылая смерть на жизнь, Пытался горло перегрызть. Удар его я упреждал, Свой посох меж клыков зажал, Вдруг вырвав грешною рукой Его гортань.... Хрипящий вой Издал он в свой последний час, Зрачки его зелёных глаз Покрылись мутной пеленой,

Стеклянной смертною слезой. И вечность вмиг собралась вся, Как шторма грозная волна. Среди обители лесной Кипел, бурлил смертельный бой. Меня схватил в сплетенье рук Собрат волков, и сразу, вдруг Своей широкой глубиной Пронзила мозг тупая боль. Я в боевой порядок встал И мысли зверя угадал Своим божественным чутьём, Пронзив врага стальным копьём. Бездушный труп откинул я, Стеной к стене, глаза в глаза Во мгле тянулась схватка та.... Ты помнишь...? Их осталось пять, Но злая суть вела опять Их в страшный бой, сулила вновь Принять земля здесь чью-то кровь. Переглянувшись вдруг, вдвоём Атаковали с двух сторон Два серых брата. Помню я, Как моя верная рука Предупредила их удар, В кровавый роковой угар Я отступил в тени врагов. В глубины тех сырых трущоб. Прыжок их ранил мне лицо Когтями волка, всё равно, Успел я в этот страшный миг, Сдавив в груди победный крик, Мгновенным выпадом своим Ударит зверя.... Хищный сын Упал в траву, и видно мне, Как в той зловещей тишине Он стал в конвульсиях дрожать И так неистово визжать, Что в пелене немых лесов Вселялся страх в моих врагов. Средь чащи ветер пробежал, Атаку я недолго ждал. Вдруг на меня густой волной Они накинулись гурьбой.... И грянул бой смертельный вновь, В борьбе смешалась наша кровь И лилась жгучею рекой, Что была выпита землёй, Среди ветвей - лесных оков

Здесь через несколько часов. И слышал я в борьбе ночной: Волков голодных злобный вой, То мерный, резкий хруст костей, То лязг зубов, тот скрип когтей. Ударов злых обрушив шквал, Я посох верно, направлял Несносной болью в их тела, И волки падали, визжа, Обняв безмолвную травму, Как гибель скорую свою. Но вдруг, забыв про боль и кровь, Они волною вновь и вновь Вступали с дикой силой в бой. Судьба вела своей рукой Меня к победе. Я не мог Дать смертью злу пустой урок, Под тёмным пологом лесов Стать жертвой здесь среди волков. И я был страшен в схватке той, Стрелой пронзала тело боль, Но я был голоден, как зверь, Мне всё равно, верь, иль не верь, Во мне великой силой льва, Средь тайников души жила Та воля, что в который раз Меня спасала.... В этот час, Вдруг я увидел на земле, В той окровавленной траве Шесть серых тел.... И видно я Устал от ран, И плоть моя Истекла кровью. Из-под ног Ушла земля, И я не мог Держаться больше на ногах, В груди воскрес невольный страх, И стал падать в сонный мир, Но всё ж собрав остаток сил, Я ухватился за кусты.... Вдруг из жестокой темноты, Глаза сверкнули злым огнём, И тут стремительным прыжком Из чащи выпрыгнул сырой Седой вожак.... Протяжный вой Пронзил лесную тишину, И в схватке первому бойцу

Он подошёл, обнюхал труп, Почуяв боль скорбящих мук, Стал раны тяжкие лизать И по-звериному рыдать. Надрывным воем в пустоту Он заглушал свою тоску, И в той могильной, чёрной мгле Всё припадал к сырой траве, Где вновь и вновь здесь обходил Тела собратьев и протяжно выл. Я ждал его в лесных стенах, Мой незабвенный, ровный страх Твердил одно: "Тебе не в мочь Вернуть судьбу в слепую ночь". Да, я признаться мог себе, Что в этой нервной темноте Я полностью лишился сил. Здесь растерял все краски мир. В глухой обители лесной Судил хрустальною росой Омыть слезой могилу мне И дать покой здесь в вечном сне. 6 Вдруг в густоте тени ночной Замолк протяжный вой, И серый враг одним прыжком Ко мне метнулся.... Тяжкий стон Издал я всё ж, набравшись сил, Я о пощаде не молил И цель преследовал одну: Здесь встретить смерть лицом к лицу - Не обмануть же мне судьбу. Вдруг я увидел волчий взгляд, Глаза его, как ад горят, И тонут, словно боль в огне. Среди деревьев, в хладной тьме Он песню смерти мне шептал, Слюною пенной вытекал Из хищной пасти волчий яд, И блеск зубов - смертельный ряд Меня уже в который раз Заставил верить в смертный час. Его дыханье я внимал, И слушав сердце, понимал, Что Богу душу я верну, Что жертву верную свою Возьмет сейчас хозяин тьмы. Среди безмолвной пустоты....

Вот так со звёзд спустился рок, Седой вожак стал как пророк, Я заглянул в его глаза, В них будто вдруг собралась вся Та мудрость, что всех выше благ, Дороже серебра и злат.... И я читал во взгляде том: Величье всех святых имён, И свежесть сна лесных оков, И бег времён, минут, часов. Вдруг в той безликой темноте Волк скрыл в невиданной траве Свой след во мгле трущоб сырой, Так прекратился бой ночной. Трудами битвы изнурён Я лёг в траву, тревожный сон Укрыл меня своим крылом. Усталость тела напоив, О тяжкой боли позабыв, Я спал, не видя хрупких снов, В объятье раненых часов.... Как ангел - свет, спустился день, Прогнав из леса злую тень. Проснувшись, я свой посох взял И стал вставать, но слаб и вял, Тогда был я в тот утра час, Не мог идти на этот раз.... Я снова лёг в тени кустов И через несколько часов Мог, стиснув зубы доползти До влаги солнечной реки, Где жажду, голод утолив, Прилечь в объятье гибких ив. Я ждал, чтоб вновь набраться сил, Чтоб ветер раны заживил. Но вдруг.... Тот незабвенный, вольный мир, Как будто свой покой забыл, Устав от радости и сна. Тенями туч все краски дня Укрыл, и видно мне: Как к той страдальческой земле Траву, деревья ветер гнёт И Божий дух с небес зовёт. 7 Пронзив стрелой извечный лес, Гроза спустилась вдруг с небес И в женском облике своём Вела как пса свирепый гром.

О, как богиня красоты, Из жгучих глаз святой воды, Она дождём обильных слёз Встряхнула прядь своих волос И рассыпала, словно медь, Из молний - рук шальную плеть. Я в сердце страсть её желал, Из уст её слова внимал, И словно смирный, верный раб К её ногам припасть был рад. Там буйством воздух вдруг завыл, И замер вмиг зелёный мир.... Со свитой всей своей гроза, Та дочь небесного царя Ко мне, как дева, подошла. Увидел я сквозь сон туман, Как властный жест своим слугам Гроза дала, и вмиг они, Как тайный призрак, в мглу ушли. Убей в себе никчёмный вздор, Меж нами равный разговор Среди простора, вод, небес, Возник, лишь тёмный лес, Казавшись близким и родным, Был там свидетелем немым.... Так говорила мне гроза: "Средь мглы лесов узнала я Тебя.... Из тех ли ты, Чьи в тьме волшебные мечты, Как жертву на святой алтарь Приносят людям, словно рай, Чьи мысли, словно храм, чисты Среди безликой пустоты. Я знаю: ты любовь свою Утратил в солнечном краю. Теперь в войне из битв и бед, Ты ищешь тот пропавший след. Да будет так, но помни, вновь Насильем не вернуть любовь, Не возродить ненастьем свет, Скрыв боль свою в разрезе век. Я расскажу тебе о том: Как силы дьявольских знамён Людей изгнали.... В города Спустилась злобная чума, Где лжепророки на местах, Соблазном злата в серебрах, С трибун учили жить народ, Средь суши - дня, и ночи - вод.

Где врата ада Сатана Открыл.... Там вечного Христа Терзали, жгли святую плоть, На крест излили его кровь, Что до сих пор под светом дня Никак не высохнет она.... Ведь ты не жил среди людей, И человечий, злобный зверь Не грыз тебя, ты мне поверь, Тебе желаю лишь добра, К тебе теплом прониклась я.... Ты не умеешь ревновать И, лицемеря, нагло лгать И жить своим больным мирком, Став сну, иллюзии рабом. Прошу, запомни здесь одно: Желанье - сладкое вино Определяет лишь зверей, Стремленье к цели тех людей, В чьих жилах пламенная кровь Найдёт когда-нибудь любовь. О горе тем, кто говорит, Что Божий Дух во мгле забыт, Что зло всегда сильней добра, Что ярче дня сияет тьма. Придут часы и дьявол в миг Навеки вырвет их язык, На поезд в ад на много лет Им забронирует билет. По воле своего отца С небес сюда спустилась я, Признаться, я сама не прочь Разить стрелами злую ночь. Запомни, что скажу теперь: Открой в душе святую дверь, Очисти помыслы свои, Тебе ведь надлежит идти, Чрез сырость тьмы и сердца боль И дать себе незримо бой, Забыв о сне, не зная страх, В соблазна каменных стенах. Всем искушеньям вопреки Ты через край песков иди И в море у цепей стальных Отпей той твёрдости, у них Займи решимости, и кровь Вернёт тебе твою любовь.... Где средь земель волшебный край Воздвиг Божественный алтарь,

Где звёзды, как святой наряд, Переливаются, горят, Там открывая чудный путь, Сумеют всё тебе вернуть. Там Божий сын - Иисус Христос Родился, - свят - и вольно рос, Там все прошедшие века Постилась вольная душа, Туда придут навеки вновь Надежда вера и любовь. Иди туда, но помни зло Не дремлет, брата моего Ты встретишь там среди огней, Он искушением речей Собьет с пути, на алтаре Не распишись в своём грехе. Тебе в ту роковую ночь Я не смогу ничем помочь. Иди ведь край тот далеко И не скупись на то добро, Что можешь дать без долга тем, Кто заблудился в сетях стен.... Иди ж скорей, и в помощь Бог Тебе. Небесный свод Пусть освещает трудный путь, В твою измученную грудь Я силы тайные ложу И раны тела заживлю". Ты молний, грома госпожа.... О, дочь Великого Творца, Я до кончины дней своих Буду взывать к тебе святых. Я благодарен всей судьбе, Что ты явилась здесь ко мне, Не всё узрел я в сих словах, Не всё прочёл в твоих глазах, Но, как сестру, тебя люблю И от души благодарю.... Она ушла, как лунный свет, Скрывая в мгле своей чудный след. 8 Прошли года и вот я вновь, Стою в том городе, и кровь, Не уставая, льётся там, Где злобный, дьявольский тиран Воздвиг из душ надменный трон, Где адским, пламенным огнём, Как плетью, понукает там

Своим измученным рабам. Я в городе пошёл туда, Где незабвенная судьба Творила чистый эликсир, Где знак имён волшебных сил Про сон и почести забыл. В лаборатории пустой Я стал работать, и порой: То звон разбитого стекла Мне слышен был, то голоса Пронзали криком злую тьму, Но не противились врагу. Так дни менялись, за спиной Стояла дьявольская боль, Давала мне свой тяжкий знак, Когда неверный, тайный шаг Я делал робко в пустоту В том нескончаемом аду. На серой каменной стене Виденье вдруг явилось мне, И прочёл в виденье том Знаменье огненных имён. Все компоненты на местах, То уравнение в стихах Воспеть бы.... Силы Божества Твердили: "Формула верна". Там знанье вмиг явилось мне, Я в том зловещем бытие Стал исцелять больных людей В краю непризнанных идей. Изгнанный гений мудреца Творил такие чудеса, Что поднимались вдруг с колен, Взывая ветер перемен, Те люди, что, вставая в строй, В борьбу вступали с ведьмой злой. Но в пелене немой дали Рождались легионы тьмы И плетью яда жгли простор, Распространяя жуткий мор. Смертельный рок бесился там, Живые люди мертвецам Завидовали и порой Желали жизнью жить другой. Вдруг я почувствовал в борьбе, Что силы на исходе.... В мгле Увидел я знакомый взор, Чуть-чуть забытый разговор Вдруг память болью мне встряхнул,

В ушах теснился смутный гул, И я услышал в темноте Слова, идущие ко мне: "Что ж.... Вот и мы Здесь снова встретились в ночи. Меня ты помнишь...? Вижу я Твои бесстрашные глаза, Но в них сейчас невольный страх Узрела я, в своих стенах Тебя желала..., но судьба Тебе извечный бой дала. Твой дух вновь взялся за своё Придуманное ремесло, И вновь нарушил мой покой.... Ты слышишь?! Этот мир здесь мой!!! В тьме этим мелочным рабам Свой вечный трон я не отдам. Ты думаешь, что ты герой, И словно в пьесе чью-то роль, Играя, вслух читаешь текст, Но в том театре места нет Для тех, кто изгнан в пустоту И ненависть в груди свою Несёт в себе сквозь свет и тьму В том неизведанном краю. Тебя сейчас боготворят Мои рабы и говорят, Что ты ниспослан свыше им И жизнь дать можешь всем больным.... Но быстро здесь часы идут, Тебя они же продадут. Мне не понятен твой удел, И солнца свет - пустой предел, Убьёшь меня, придёт другой - Тиран, увенчанный мольбой.... Из мира призрачных идей Воскреснет ад средь тёмных дней, И будут бесы там и тут, Где реки крови потекут. Там вечным стоном вся земля Вдруг захлебнётся, и тогда Из пепла вновь восстану я". Я счастлив был в тот рока час, Миллионы лиц миллиардом глаз В меня впивали жадный взор, В слезах их мук немой укор Вселял в меня надежду в том, Что справлюсь я с тем самым злом. Огнём взревела вдруг душа,

Чуме ответил я тогда: Тебя изгнать ниспослан я.... Взгляни, в руках моих кристалл, Когда-то в жизни уповал Я на далёкую звезду, Но нет, теперь я не уйду Из боя, вновь лишившись сил, Не прокляну твой злобный мир, И не покину плоть войны.... Что скажешь мне на это ты...? Тут я вознёс святой кристалл, Он, словно солнце, засиял, Ложа на тьму блестящий след, Как бег времён. Зловещий век Вдруг возопил, и замок зла Готов был рухнуть.... Вдруг чума Упала ниц к моим ногам И зашептала: "Я отдам Тебе здесь всё: и власть, и трон, И силы знак моих имён, Дары из злата в серебрах, Величье на семи ветрах, Без малого земную власть, Отдам тебе людскую страсть И упоение грехом - Утех для всех: добром и злом.... Ведь ты не видел ничего, И жизнь твоя - пустое дно, Оставь её, ты же не раб, Одумайся, взгляни назад. Твоя любовь - одна лишь боль, Зачем ты жертвуешь собой? Ну! Дай мне руку, сын земли, Мы будем вместе - я и ты. Мы совершим здесь много дел, Жить для себя, вот твой удел". Обняв меня, как старый друг, Взяла за руку сразу.... Вдруг Мне стало хладно и темно, В тот миг желал я лишь одно: Отмщенья в этот ночи час За всех прошедших ад не раз. Чуме тогда промолвил я: "Рука твоя так тяжела, Что бремя всех ненастных мук Убьёт в груди свободный дух. Я помню губ твоих касанье, Твои мирские лобызанья И ужас на глазах твоих

Рабов. Среди тлетворных нив Я видел их скорбящий взгляд, Огонь мглой улицы объят, И вечно-черный путь для тех В ком тайно жил тот самый грех. Мне не нужны дары твои, Я кровь излил на плоть земли, Когда на мудрость уповал, Я лавр и скипетр пожинал. Да беден я, но бедность не порок, В другом челе незримый рок, Где Высший Суд над ликом супостата Придёт сюда, неслышный звону злата. Ну, что злата, они не лечат души, Ведь муза слаще ровной тиши, Где бремя самых тяжких мук Излечит временем свободный дух. Зачем ты споришь здесь с судьбой, Ты смерть вела своей рукой. Ну, подними наверх глаза, В руках кристалл, в нём смерть твоя, Ты будешь вновь гореть в аду, Здесь в муках приняв смерть свою". Я опрокинул Божий гнев На темень легионов тех, Кто ведьме тайною служил, Воспев того, кто правдой жил. Пламень вскипел, как злая плеть, И было больно мне смотреть На муки тяжкие чумы И на заход смердящей тьмы. Я песнь сейчас пою тебе, Бесславный гений, был во тьме. Теперь сквозь труд и ночи тьму Тебе всю славу я верну. Недолго я героем жил, Меня в оковы заточил Тот самый страждущий народ, Но я был твёрд, угрюм и горд.... За всё здесь надо заплатить, Бывает трудно с этим жить". Он вдруг страданьем застонал, Как будто говорить устал.... О, слёзы, сколько я пролить готов, Собрать сейчас сеть нужных слов. Я словно слышал Божий глас Из уст его, из ярких глаз.... Он снова тихо застонал,

Но боль убив, вдруг продолжал: 9 "Да, может, проклят буду я, Быть может, блажь вся суть моя, Но за несчастную судьбу Я жизнь до капли сжёг свою Ты видишь, плоть моя горит, Смерть скоро раны заживит И уведёт меня туда, Где жизнь, как дух, продолжу я. Земля пылает сотни лет, Но где решенье, где ответ На все вопросы бытия.... Постой, постой, о чём тут я,? О странной прелести любви,? О мудрости немой судьбы, Где вечный, светлый солнца путь Врывался ветром в мою грудь, Ласкал меня, как сладкий сон Из ночи в ночь, и день за днём...? Я на галерах стал рабом, Был жизнью светом обделён. Судьбу всю полную тревог Нести в себя я уж не мог. Я только видел пот и кровь, Мозоли, цепи вновь и вновь, Где на плечах лихая плеть Твердила нам всем здесь: "Терпеть". Я видел море за бортом, И бег игривых синих волн. Прости меня, печален стих, Терзали душу, словно гриф, Сердитый ветер, злобный рок Над песней, воем синих вод. Так шли часы, меняя день, За ним кралась, как будто тень, Былая горькая тоска, И чья-то властная рука Своим отточенным мечом Рассекла душу и огнём Сожгла мою больную плоть, Но помнил я свою любовь, Она во мне, как жизнь, жила, Но где теперь она, вода, Вода, не видно даже и следа. Я жил там, словно тлен в аду, И цель преследовал одну:

Бежать, бежать изо всех сил, В плену и рабстве меркнет мир.... Нас там кормили, словно псов, Под крики пьяных голосов И жгли плетьми сырую плоть, Но в сердце билась птицей кровь. Надежду с верой я взывал И о любви своей мечтал, И вот однажды, как-то раз Мне Бог назначил звёздный час.... 10 Сгущались тучи чёрной мглой, Готовит жизнь мне новый бой, Где ветер медленным крылом Играл сердито в лоне волн. Он вдруг взревел и стал крепчать И стоном бурю с моря звать.... Раздалось громом и дождём Всё небо, чёрным полотном Окутав свет, сулило нам Омыть водой боль жгучих ран. Мы все гребём, куда уж нам Противиться седым волнам, Сквозь моря шум я слышу плеть, Мы все готовы умереть.... Вдруг с глубины мятежный дух, Почуяв боль тяжёлых мук, Поднял с глубин свирепый шторм, Плетью грозы, разя кругом, Вознёс собой полк водных глыб, Где был покой во тьме забыт. Мы в дрейф легли, в той чёрной мгле, Рубилась мачта в темноте, Галеру, словно щепку, с волн Бросал к волнам свирепый шторм. Там воздух выл, кругом борьба, За жизнь иль смерть, моя судьба, Переломив волной канат, Исторгнув брызг солёный град, Вдруг повела своей тропой, Толкая плоть в смертельный бой. Вдруг крюк, державший мою цепь, Поддался мне, шальная плеть Скользнула по моим плечам, Не внемля старым временам, Я ухватил зловещий крюк, Не разомкнув упрямых рук,

Я дёрнул цепь, что было сил.... Вдруг ветер злобою завыл; Так рёвом гнев с небес спускался, Он в лике дьявола являлся, Клянусь Святыми, только ад Родить бы мог подобный взгляд. Я слышал вопли на борту, Стенанья, крики в темноту Несли беспомощность свою. Я бы дерзнул бежать в тот ад, Огни его так зло горят, Что закрывают свет и тьму И лижут тучи на ветру. К мольбам взывания напрасны И смерти лютой лик ужасный Уже навис над кораблём Своим беснующим мечом. В бортах пробоины и течи, В пустыне моря воздух сечи, Он гложет души, болью мгла, Им всем теперь не до меня. Несчастен, жалок, нищ и наг Я спрыгнул в тьму, как якорный канат, Ко дну тянула цепь моя, Всепоглощающая тьма Тянулась чёрной полосой, Зовя меня в смертельный бой. С волнами бился я, как мог, Под злобной массой мрачных вод Огнём кипела плоть моя, Там умереть готов был я. Обняв надеждой, словно друг, Меня подняло что-то вдруг Над шторма дьявольской водой, И тут счастливою волной Обломок мачты корабля Дарила щедрая судьба. Я ухватился за него В тот миг широкое бревно Волной схватил свирепый шторм, Он в чреве дьявольском своём Душил меня, как злобный бес, Среди свинцовых туч, небес. Он хохотал, он выл, стонал И молний плеть с грозы срывал Раскатом грома резал слух, С глубин вздымая тёмный дух Я ужас видел, но такой!!! Стеной к стене прижалась боль,

Покой распят в седых волнах, А в сердце страх, один лишь страх.... С глубин вздымался грозный вал, Я моря пенный яд глотал, Вцепившись за своё бревно, Вокруг так хладно и темно.... 11 Я вдруг в беспамятство упал И очутился среди скал, Где я в ребячестве играл. Глядя на гладь морской воды, Я гладил сон лесной росы; То в чаще песни птиц искал, То к морю снова убегал, То прыгал, радуясь дождю, То почести взывал огню.... Постой, постой, я вижу мать Мне её хочется обнять, В глазах её не видно дна, Она так ласкова, мила, В ней словно неба светлый храм, В груди алтарь земным богам, А рядом с ней стоит отец, Он как таинственный мудрец Несёт в себе пророка дар, Он жизнь эпохами создал, Блаженством для души моей.... Средь подрастающих детей Я слыл тогда беспечным, но Всё это для меня прошло, Так призрачно, как ночи тень, Как мимолётный звонкий день. Я помнил наш уютный дом, Лаванды запах за окном, Волшебный мир цветов и грёз И сад цветущих алых роз. Там моря всплеск мой тешил слух, Мне был понятен каждый звук Очарованием своим, Он Божьей радостью храним, Врывался песней в мою грудь И счастьем обращал мой путь.... Я вдруг увидел паруса Судьбы печальные глаза, Они по волнам корабли В бескрайный, синий сон вели.... О, дивный мир, блаженных вод, Морских глубин, ах, если б мог

Воспеть красу его в стихах И меч судьбы держать в руках. Нас неизведанное манит, Любовью пылкой сердце ранит, Сквозь знанья вековой гранит Мы помним счастья каждый миг. Вдруг в хмурой памяти моей Я вился гром и круг огней Сквозь грозный мир тревог и битв, Средь криков диких и молитв. Я ужас в этой мгле ночной Вскормил изгнаньем и тоской. О, если б знал я в этот час Зачем меня от смерти спас Тот демон ночи, что унёс Моих родных в долину грёз. Тот сон явился мне в бреду, Я думал, что иду к дну И вспоминаю каждый миг, Вот-вот увижу смерти лик, Услышу имена других, Узнаю дом, друзей, родных. Но вновь я вился звёздный рок, В руках я сжал морской песок, Где груды тёмных мрачных скал, Открыв глаза, я увидал. Нам видно свыше то дано, Мне жизнь, иль смерть; уж всё равно.... Среди гранитных, тёмных скал Я вновь в беспамятство упал, Где снова в тайной тишине Всё грезил о своей земле, Но вскоре бред отрадный сон Сменил таинственным крылом; Мой светлый, мирный, отчий дом На пустоту бесцветных снов В объятье раненых часов. 12 Тревогой вскоре пробуждён Я встал, окинул взор кругом, Превозмогая голод, страх Я пальцы резал на руках, Шипами острыми кустов, И болью жглась, шальная кровь. Я слушал, как шумит трава, Как волны пенятся, слова В груди моей, сдавив в ней крик Свободы вольной чудный миг.

Я брёл неведомо куда, Где вдруг высокая трава Стеною преграждала путь, Мне было радостно вздохнуть В свою измученную грудь Свежайший воздух, запах вод, Отведав радости свобод, Я шёл, и в лёгкие мои Врывался ветер, всей земли Мне было мало - я желал - Упав в траву, вдруг зарыдал От счастья, горечи своей, От тяжкой боли тех цепей, Коим прикован был я там К давно уж высохшим веслам. Поднялось солнце высоко, Светило радостно, легко, И ни одной вокруг души Среди загадочной тиши. Я лёг в траву, в тени кустов И снова спал, не видя снов. Проснулся я в полночный час, Там мириады звёздных глаз Сквозь тьму смотрели на меня, Как на заклятого врага. Мне чудился чуть слышный шум, Каскад моих тяжёлых дум Душил меня, как злобный бес Среди открытых врат небес. Я боль и голод превозмог, Привстал, не чуя своих ног, Побрёл на странный слуху звон, Летевший с лёгким ветерком. Он, приближаясь, трепетал, То пел, то снова замолкал, Маня меня в свой край чудес, Сквозь пики скал - стражей небес. Не помню, сколько шёл на звук, И сердца бой - упрямый стук Привёл меня в немой каньон, Он словно чей-то странный дом Таил в себе мир разных грёз, В воде рождая блики звёзд. Я подошёл, из-за камней Бил лунный свет, всего верней, Он жаждал так же, как и я - Бежать от самого себя. Надежды не теряя в том, Спускаясь в призрачный каньон,

Я вдруг услышал чей-то смех, Звенящий, будто счастья бег. Он прыгал по краям вершин И эхом отзывался им Далёким отзвуком мечты, Я пробирался сквозь кусты На странный сердцу, чудный звон, Бегущий, как отрадный сон. Раскинув дивные шатры, Средь лунно-призрачной воды Искрилась ночь. В прохладной мгле, В своей таинственной красе Застыли звёзды, сказочно мерцая, Их ветер, словно подгоняя, Исчез в безмолвной тишине. В избитой светом темноте Увидел я волшебных птиц. О, Боже мой! Прекрасней лиц Не видел я, в груди моей Забилось сердце, всё сильней Желал я подойти к воде И в сладком утонуть вине Среди янтарных уст девиц, Явивших образ райских птиц. Я затаился средь камней, И страх не жёг души моей, Я всё смотрел на дивных птиц, Из ночи призрачных десниц Струилась мягко тишина. Лишь птиц тех чудных голоса Летели, словно явь, иль сон, Касались призрачным крылом Каскада пыльных, грузных дум, Тревожа мой пытливый ум. Они шептали мне: "Забудь Свою печаль и трудный путь. Сомкни усталые глаза. Здесь мир, покой в деснице сна". Я словно падал в забытьё И сердце бренное своё Уже не чувствовал, как вдруг, Увидел здесь нечёткий круг, Граниты призрачных планет И словно явь безумный бред".... Часть 3 "За гранью реальности" СЦЕНА 1

ИЗГОЙ Среди Космических орбит, Среди бесчисленных молитв, Планет, пространства, бытия Явился смерч, и столб огня Он поднял властною рукой, И издавая жуткий вой, Рассыпал молний смертный град, Дорогу проторяя в ад. В святой обители греха, Где в бездне нет простого дна Я очутился. Средь могил Суровый ветер что-то выл, Мне донося обрывки слов. Объятый ужасом часов Я стал идти, чуть-чуть живой, И сумрак улицы хмельной Пленил меня. Истомы страх Мне не давал покоя, в снах Являя мглой картины мук, Пронзал здесь воплями мне слух.... Там вековую пыль могил Я на себе вдруг ощутил.... Как молчалив стал мир теней - Планетный призрак мёртвых дней, Суровый отблеск бытия, Где ночь в сто крат длиннее дня. Среди пространства грешных нег, Излитых в пламень здешних рек, Я шёл вперёд, но падал вниз, И новоявленный каприз Привёл меня на бездны край, Где жуткий дьявольский алтарь Мерцал огнём тех адских печь, Под ним зиял кровавый меч, И слышен был молящий плач, Когда безжалостный палач Страданий жертвенных алкал И с жертвы кожу вмиг срывал, Ложил на плечи бремя мук, Смыкая болью нервный круг. За алтарём в шальном огне На бледно-мраморном коне Воссела ночь. Смертей огонь Вдыхал в себя ретивый конь, Сбивал копытом чёрный мрак, И пятигранный звёздный знак Зиял дорогой в никуда

На тайном теле седока. Среди смердящей, чёрной мглы, Средь лабиринта пустоты, Манипулируя грехом С глубины бездн восстал Фантом. Он был ужасен, но красив, То молчалив, то вдруг игрив, То был терпим, как евнух тот, То словно призрачный Эрот Взывал к утехам мёртвым плоть, И на алтарь рекою кровь Лилась там стоном, ангел тьмы, В цепях терзающей тюрьмы Лакал, как зверь, сырую кровь. Я задыхался вновь и вновь То умирал, то воскресал, Терзанья грешные срывал Своей измученной души.... Я жаждал, жаждал тишины И видел в тьме мирской покой, И телом холод гробовой Я ощущал, свой взор вперив, Но всё же чувствовал, что жив. Передо мной неслись года, Там время вдруг сошло с ума, И первый ряд смертей, оков Меня прибить был там готов К извечным мукам в темноте И умертвить в тюремной мгле Души Божественный простор, Вложив в уста смердящий мор. В цепях иллюзии тюрьмы Мы все мертвее пустоты.... Веков создание; о, мой Бог, Я не найду здесь нужных слов, Чтоб описать, что видел там.... Пред алтарём воссел тиран - Владыка ада - Сатана, За ним, как грозная стена, Восстала рать - черна, как смоль, А с ней апостолы, как боль. Тиран был зол, щетинил шерсть, Я вдруг увидел знак: три шесть На теле зверя.... О, мой Бог, В ком мудрость есть, тот сам поймёт, Что было в символе немом, Среди отвергнутых имён. Десницей лап разбив простор, Он устремлял кровавый взор

На то, как вздрагивал в цепях Мой ужас. Тонет на губах, Уста спекая кровью, боль. Огонь прохладой гробовой Дыханьем веет мне в лицо, Душе так зябко и темно. С поникшей горем головой Я на цепях, окутан мглой, Висел и ждал свой смертный час.... Вдруг громогласный, звучный глас Раздался среди пыльной тьмы, Раскинув эхо пустоты. О, сколько муки в вопле том Услышал я, седой Фантом, Сдавив в зубах свободный слог, Вдруг начал жуткий диалог.... СЦЕНА 2 ИЗГОЙ (в сторону) Среди чудес, небесных сфер, Пред мной предстал как Люцифер Во всём величии своём Извечно призрачный Фантом. Тот мир пределен был и пуст, Наш разговор из первых уст Я передам тебе.... Пиит, Да пусть Господь тебя хранит. ЛЮЦИФЕР Я знаю всё, спеши сказать, Как трудно вам бывает ждать, Как немощь в срок приносит боль, А с ней смирение порой. Вы все рабы! Безумный век! Во власти призрачнейших нег Живёте, будто хрупкий сон, Лишь смерть таинственным крылом Сомкнёт глазницы век усталых, Полки желаний запоздалых Воздвигнут храм страстей, и боль Прохладой тёмной, гробовой Вольётся в жилы, будто кровь, И напоит собой мне плоть. Тревожа стуком колесниц Из мрака призрачных десниц Я раздаю желаний сон И упиваюсь их грехом,

Всех тех, кто ищет наслажденья, И похоти своей веленья Вдруг выполняет, словно раб, Дорогу проторяя в ад. Несчастен этот мир, мой друг, Здесь всем болезни, скорби мук Даёт таинственный Создатель, А я, как вечный врачеватель Спешу дать больше всем, чем Бог.... ИЗГОЙ Я б возразил тебе, как мог.... В речах третируешь свой слог, Душою света ты так мал, Цепями члены мне сковал, Словно страшишься бытия, Богохуленья вознося. Ты знаешь о грехах моих, Слезами горе утолив, Я жил, страдал, искал свой свет, Но в пустоте Любви ведь нет.... Близко забвенье, видишь сам. Молю, прислушайся к словам. Ты знаешь всё, но почему Ты не внимаешь никому? Как вечный искуситель, Безликих душ своих правитель Даруешь нам соблазна тьму И в бледно-мрачную тюрьму Нас тащишь, как голодный зверь И запираешь мглою дверь. ЛЮЦИФЕР Ты мне не веришь...? Что ж.... В словах ты слышишь только ложь, Но я не лгал тебе, поверь. Пойдём со мной.... Ты сам теперь, Воочию увидишь всё, Узнаешь как всесильно зло. ИЗГОЙ (в сторону) Мы с ним поднялись высоко, В груди мне стало вдруг легко, И тех цепей железный яд Упал в свирепый жуткий ад. ИЗГОЙ Куда летим мы? Вижу я

Твои бездонные глаза, В них бездны боль утраты рая. Мне страшно, слышишь, мир не зная, Я в свете целом одинок, Грозой оторванный листок Гоним ветрами за тобой, Покинут грешною землёй, Распят как прежде, и один Перед могуществом твоим. СЦЕНА 3 ЛЮЦИФЕР Мы полетим, о, сын земли, Где вечность, время сплетены, Где смерть хранит под грудой лет Супругов жизни - тьму и свет. Ты видишь космос безграничный - Аспект Создателя безличный, Тебе не счесть всех тех миров, Что сотворил извечный Бог. Лети со мной, как равный мне, Ты не увидишь даже в сне Такой Божественный полёт, К пучинам знанья он ведёт. Ведь нет соблазна выше правды, Она как злые леопарды Терзает дух, как болью плоть, И жаждой бьётся в жилах кровь, Ища спасенья день за днём, Отвергнув летопись времён. Среди глубин далёких звёзд, Среди излитых горем слёз Смотри; громадные миры На боль и смерть обречены, А их создание выше вас. Смотри - пылающий Парнас Огнём гоненья скован вновь, В себе утративший любовь Любой из вас низвержен в храм, Где возрождается тиран. Возносит дерзостью отважный гений В пылу трудов, в цепях сомнений Безумство мысли к небесам, Насмешкой отвечая вам, На преданность вкушать плоды С деревьев знанья и любви. Сорви туман с уставших глаз Узри Божественный Парнас.

ИЗГОЙ (в сторону) Одна из сказочных планет, Как мудрость полных знанья Вед, Предстала словно Божий дым Пред взором ищущим моим. О, дивный мир, - служитель муз, Хранитель душ, небесных уз, Какой причудливый простор, Чудесных звуков разговор Услышал я в волшебной мгле, И блеск пейзажей вдалеке Рождал сознанье бытия, Слепил, величием пьяня. О, как зовётся этот край? Уже ли это звёздный рай, Что был утрачен на заре Волшебных грёз в кромешной тьме? ЛЮЦИФЕР О, нет, Парнас не место рая, Живёте вы небес не зная, Всё упиваетесь грехом, Надеясь на спасенье в нём. А вечный рай, он где-то там, Туда врата закрыл "тиран". И дум моих и вечного стремленья, Трудов усердных вдохновенья Не оценил Он. В тишине Предал страданьям в адской тьме. Ну, кто же любит зло? Никто, Но в то же время, как добро, Всесильно зло, бессмертна тьма, Где, словно алая заря, Восходит ангелом мой дух, Вновь презирая боль разлук. Взгляни, как некий Херувим Трудами Божьими томим Рождает строй упрямых звуков, Ища в мольбе усталых слов Вновь тени призрачных оков, Обуреваемых желаньем: служить Ему, Но к удивленью своему Он обращается ко мне И в тайном, сумеречном сне В грехах черпает вдохновенье, Какое горькое стремленье Искать в пороках смысл добра....

Но нет.... Гнетущая судьба Его то вскинет до небес, Тая на теле Божий крест, То вновь уронит в вечный ад, Вдыхая в грудь тлетворный смрад, Он, вновь бессмертие познав, Из ада мрачного сбежав, Взлетит туда, где боли нет И сгинет пылью средь планет. Неблагодарные потомки В прах обратят его обломки, И как бывало в злобных снах Распнут сей труд на всех крестах, И лишь потом, спустя века, Познают грешного творца И жизнь его среди страданий И гений страждущих созданий, На горе падшим небесам Они воздвигнут в честь их храм. ИЗГОЙ Я опечален.... Боже мой, Не уж-то блеклый свет немой Так создал нас, И этот призрачный Парнас - Мираж таинственных вершин Простым созданиям не видим.... Ну, нет...! Постой, постой! Великий сумрак гробовой Гордыней нам скрывает души, Я чувствую его удушье, Он делает грехом из нас Безликих демонов, лишённых глаз. А те причины Божьего творенья Незримы нам, чудесного веленья Мы слышим зов, идём за ним, И блики призрачных долин Тревожат наш пытливый ум, Рождая бремя древних дум. Мы ищем свет, миллион дорог Откроет нашим душам Бог. Мы ищем рай и с тем живём И в сердце с этим и умрём.... А гений твой убьёт невзгоды, Мне не понять его природы. СЦЕНА 4 ЛЮЦИФЕР Но я не враг! Как жизнь жестока!

Я Бога чувствую глубоко! Пусть больно мне! Пусть одиноко! Пусть я изгнанник серых стен, Но зрею в снах святой Эдем. ИЗГОЙ Предайся ж Богу здесь, сейчас, Ведь он тебя от смерти спас, Ведь вечен ты.... В деснице призрачной судьбы В мирах планет вершишь закон, Из ночи в ночь и день за днём. ЛЮЦИФЕР Глупец! Ведь я и так Предался Богу, словно раб. Ведь Он вершит весь бег времён. Над тенью свет Его имён Сверкает в тьме, как изумруд. Он вечен, счастлив, юн и мудр, Где в свой мистичный, вечный сон Трудом создания погружён. Ты видел множество миров, Тирады пыльных, грузных слов Ты внял усердием своим, Парнаса призрачных вершин Господней милостью вкусил, Познав в душе, что этот мир Под гнётом призрачных времён На истребленье обречён. Дерзнул бы ты со мной сейчас Пронзить пространство. Сотней глаз Увидеть мир полубогов - Мой мир, мой вечный кров? Врата туда ведут сквозь тьму, Тебе я там любовь верну. ИЗГОЙ Но где теперь любовь моя....? ЛЮЦИФЕР Она уже обречена На жизнь, как сумрачный гранит. Я знаю, память боль хранит В душе твоей, как пыль могил, Но не теряй, дружище, сил. Вершит судьбу Великий Бог, Я бы помог тебе, но слог.... Не в силах здесь я изменить

Судеб невидимую нить. ИЗГОЙ Тебе не верю больше я, Уже ль теперь моя судьба Вновь делает крутой зигзаг И в жизнь огнём вдыхает ад. Уже ль награда за труды Лишь пепел, прах!? Скажи мне, ты.... ЛЮЦИФЕР Безверье - тьма, а вера - свет - Вот мой тебе простой ответ. Хотя.... Скажу, мир не тая: Всё суета и свет, и тьма. Есть лишь одно сих нег блаженство - Величье грёз, души главенство - Вершить веленье Божьих уз И видеть сном смятенье муз; Не зреть, не слышать, не дышать И ничего уж не желать.... ИЗГОЙ Но то есть смерть..... ЛЮЦИФЕР Нет.... Смерть другое.... Смерть - состояние такое, Когда ничто уж е вредит Вливанью духа в тот гранит, Который ты построил сам В угоду аду ль, небесам. Смерть - это смена жизни, Где время движет механизмы, Вращая вечность бытия, Твой Бога дар, в себе храня, Где вновь давая духу плоть Вдыхают в мир его любовь И предают былым годам, Сменивших жизнь и тут и там, Там где великие стихии Лицо творенья изменили. Едва ль найдётся в них теперь В былую жизнь немая дверь. Ну, что готов идти со мной? Ты не решителен порой. ИЗГОЙ Мне страшно, слышишь, Люцифер,

Я внемлю музам Божьих сфер, Но будь, что будет в той дали Скорей меня туда веди. СЦЕНА 5 ЛЮЦИФЕР Померив алгеброй магнитные поля, Гармонию небытия, Я вскрою космоса весь мир Громадой гравитационных сил. Я раскручу плеяды звёзд, Кометной пылью сети грёз Накрою призрачным плащом, И астероидным дождём Умою тысячи планет, Вкусив блаженство здешних нег. Смотри: сей мир в своём убранстве, Как искривляются в пространстве Все величины бытия, И к тайнам космоса маня, Смыкают свет в извечный круг, Где смерть и жизнь в сплетенье рук Собрались вдруг в один момент, Энергий всех эквивалент Откроет нам небес врата, Мы полетим с тобой туда. Каскад троичных измерений, Мир примитивнейших творений Уже давно наскучил мне, В межзвёздной призрачной среде Вот-вот откроются врата. Дерзнёшь разверзнуть небеса, Достигнув тайны всех высот, Что сотворил Великий Бог. Безликий свет твоих видений Введёт тебя в тюрьму сомнений, Но ты не бойся ничего, Я дам тебе виденье то, Чтоб ты и зреть и слышать мог, Миров пейзажи и их слог. Ну, что готов? ИЗГОЙ О, да.......................... ЛЮЦИФЕР .............Тогда вперёд К другим созданиям поведёт

Нас эта звёздная дыра, Где вечным холодом клубя, Откроет взору мир миров, Забыв про пыль земных веков. ИЗГОЙ Но что со мною, Люцифер? Я вижу свет слиянья сфер. О, где ж глаза мои, где руки, Где ноги плоть моя? На муки Ты отдал с лёгкостью меня, Что вижу здесь, что слышу я? ЛЮЦИФЕР Ты видишь хаос мирозданий, Миры туманных созерцаний.... Так, где ж реальность тут иль там? Иди, смотри и верь глазам. Я изменил всю суть твою И здешний мир не утаю Пред взором ищущим твоим. Пейзажи призрачных картин Предстанут словно вечный сон Во всём величии своём. ИЗГОЙ (в сторону) Я видел тайные миры.... Кладези бездны вручены Их быт и призрачный покой. Я видел как великий Ной Спасает страждущих, потоп Уж бьётся у уставших ног, Вздымая пенные гряды, И гребни волн седой воды Грохочут, словно Божий гнев. Разинув свой огромный зев, Потоп сжирает на бегу И лес, и сочную траву, Нерукотворный мир творений, Где сны таинственных видений Собрались в формулу Любви, Где зло с добром обручены. Я видел, как в порыве страха, Злой ваххабит взывал к Аллаху, В руках "АК" сжимая нервно, Он убивал опять "неверных", Вот так на горе небесам Хранил Божественный Ислам.

Я видел, как в грехе и скорби Родился Сын великий, гордый, Стоит пред ним немой отец, И нимба сказочный венец Кружит над светлой головой. Года незримой чередой Вершат творенья чудных дел, Но роковой судьбы удел Людским грехом Его на крест Предал, но Божий перст Вдруг дал знамение с небес Волшебным духом чудных месс. И видел я виденьем тем Вселенных призрачный Эдем, Громады пыльных геометрий, Причудливейших асимметрий Миры неслись передо мной, Манили, звали за собой. Я был остаться там готов, Перелетев пространства зов. В деснице призрачных творений Каскады мерных измерений Там третьим глазом видел я.... О, мир материй бытия!!! Как он огромен, как красив, Средь космоса небесных нив Я зрел, как дивом корабли В межзвёздной, сказочной дали Неслись навстречу чудесам, Я видел их то тут, то там. Они в эпоху созиданья Все парадоксам мирозданья, Всем лжесужденьям вопреки Сквозь сонмы звёзд лететь могли. Увижу ль их когда-нибудь, Пронзив пространства тайный путь, Услышу ль музы тех миров У стен Эдема? О, мой Бог! Я жажду свет во тьме безликой В краю трудов в пылу открытий Я счастлив был, служа Тебе. В огне гонений, в адской мгле Я зрел величия простор И крал мгновенья будто вор, ЛЮЦИФЕР Взгляни, как мир открылся нам, Теперь ты видишь это сам. О, сколько тайн, открытий чудных

На нивах судеб вольных, трудных Готовит нам незримый рок, А омут знанья так глубок, Что не достичь в нём бездны дна. Вот моя верная рука, Сейчас пора идти назад. ИЗГОЙ Но как?................................ ЛЮЦИФЕР Для мысли нет мирских преград, Пространством жизни сплетены И эти сонмы звёзд и ты. Великий зодчий красоты Безмолвный мир устроил так. Мой вечный друг - незримый враг Вручил мне книгу темноты. В эпоху серой пустоты Я жил в скончании дней творенья, Где слабый свет причудливых видений Вещал мне самый Страшный суд. Скрежет зубов холодный звук Я слышал сном в пространстве вечном, И в мире света бесконечном Я зрел, как тьмой покрылись звёзды, Наполнив смертью чёрной воздух, Погасли все светила. Миг Вдруг вечным стал. Как молчалив Тогда был разум всех людей, И град летящих вниз камней Могилой бездны стал для них, И мир стал пуст и молчалив. Тот мир, могучий мир Повержен был в извечный прах, И в лабиринтах ада, в снах Я ждал, когда вернётся вновь В наш мёртвый мир сама любовь. Она пришла, я вновь живу, В конце творенья вновь уйду В мир мертвецов сквозь столп огня В гармонию небытия. ИЗГОЙ Но что же выше есть того, Превыше мира твоего, Где ты живёшь, как вечный дух, Презрев всё бремя тяжких мук.

ЛЮЦИФЕР Что выше. Выше царство Бога, Туда закрыта мне дорога, Там жизнь светла, и вечен свет, Смысл бытия, где смерти нет Сольётся с духом всех Святых, Раскроет мир волшебных див. У Рая сказочной мечты Я изгнан был, как изгнан ты. Ты хочешь видеть, где теперь Таится свет твоих потерь. Смотри.... Но будет не легко, Она теперь уж далеко, Тебя не помнит. В сне глубоком, Печальном, грустном, одиноком, Живёт теперь среди людей, Среди бесчисленных огней. Она, пронзив ночную гладь, Не в силах больше вечность ждать, В неволе пламенным цветком Угасла. Изнывая сном, Она прошла сквозь плен оков И в прошлый мир на треть веков, Вернувшись, стала мирно жить. Не в силах прошлого забыть Она вдруг стала видеть сны, А в них любовь, надежду. Ты Являлся ей в волшебных снах, Где тот причудливый ландшафт Дарил вам сказкою любовь В объятьях жизнь вновь и вновь. Твоя любовь жена другого, Огонь времён ты будешь снова Одолевать. Свет перемен Над страхом сумрачных измен Вставать вновь будет пред тобой, Толкая с новой силой в бой. СЦЕНА 6 ИЗГОЙ (в сторону) Старинный город видел я У стен забытого кремля Стоял устало серый дом И в запустении своём, Как будто доживал свой век. Из окон дома тусклый свет, Чуть-чуть сбивая темноту,

На сердце мне ложил тоску. Я заглянул в одно окно, И сердце вдруг моё само Открыло мне, что я любим. Я зрел: как шепчется камин Со шкафом с пыльным строем книг, Как свет за шторами поник. Я слышал ход немых часов, Шум нарастающих шагов, Под трепет моих томных мук Дверь в комнату открылась.... Вдруг Чуть слышно женщина вошла, К камину быстро подошла. Остановилась перед ним, Ей вдруг встревоженный камин Обрадовался, осветив огнём Её лицо. Я видел в нём Следы мучительной тоски, Тень боли внутренней борьбы, Глаза прикрывших веки грёз - Вино невыплаканных слёз. Я видел вновь свои мечты, Чуть-чуть знакомые черты В лице её я узнавал, Тая дыханье, замирал, Я всё смотрел и тихо ждал. Чего я ждал, не знаю сам, Быть может падшим небесам В угоду это было всё. Она, вдруг бросив взгляд в окно, Чуть вскрикнув, в нём увидела меня. В пылу любовного огня Я бросился навстречу к ней, Бездушьем пепел прошлых дней Кипел во мне, как та тоска, Вновь наши встретились глаза Слияньем душ, весной сердец, Увидев счастье, наконец. ОНА О, кто ты, мой незримый принц? В своих ли снах, В далёких грёзах и мечтах Тебя я видела. Как ты Среди безликой пустоты Вдруг изменился. В свете дня Изныла грудь, душа моя. Как я ждала, не веря снам, Не внемля призрачным словам,

Тоскуя по былой судьбе, Я задыхалась. В тёмной мгле Я помнила твои глаза, Как улыбались небеса, Даруя жизнь свою, как новь, В сердцах вселенскую любовь Зажгли.... Ты помнишь, лес Дарил нам тайны всех чудес, И море призрачным крылом Скрывало нас в объятье голубом. Могучий мир творил для нас? ИЗГОЙ Я помню это как сейчас. Я помню всё, уйдём скорей Из мира гиблого людей, Вернём назад, что было с нами И в свете дня под небесами Вновь будем счастливы с тобой. Великий сумрак гробовой Своим крылом не тронет нас, Миллионом звёздных, острых глаз Укроет ночь, и мир огней Нас обвенчает. Ну, скорей.... ОНА Мне очень страшно. Лишь мгновенье Таится хрупкое виденье За шторами тяжёлых век, Во сне моём, лишь робкий свет Коснётся их, растает вновь Моя забытая любовь. Душа моя я так больна, В безумство сна погружена, Вот-вот проснусь, им ты уйдёшь В мир грёз, где тайною живёшь, Как ангел сна, как Божий свет, Терпеть безумство мочи нет. ИЗГОЙ Но я не сон, в цепях сомнений, В порыве страстных вдохновений Тебя искал и вот нашёл, Я сквозь пространство, время шёл. Скажи, с любовью говоря, Пойдёшь со мной, ведь ты моя? ОНА Я не могу, пойми меня,

Я здесь другому отдана, А ты быть может только сон, Укрой в объятии своём Меня во сне от всех невзгод. С тобой мой дух у вольных вод Был вечен, как сама судьба, Моя заблудшая душа С тобой останется всегда. ЛЮЦИФЕР Предел времён.... Пора идти.... ИЗГОЙ Прости меня, мой друг, прости, Я ухожу, но помни вновь Мы обретём свою любовь. В объятье сказочных долин, В краю причудливых картин, Безумству мира песнь споём Рука об руку вновь пойдём В далёкий путь волшебных грёз, Забыв про боль, не зная слёз. СЦЕНА 7 ИЗГОЙ (в сторону) Вдруг свет исчез, как талый снег, Я сбросил плен усталых век, Виденья все исчезли в миг, Рассвета запоздалый лик, Открыв глаза, я увидал, Теперь я знал, я точно знал, Что здесь сейчас я и умру, Конец судьбе, конец всему. Я ждал.... Вокруг ни тьмы, ни света, Лишь блики тусклого рассвета Я зрел и думал об одном: Ведь жизнь пылающим огнём Сгорала, как весной листва. Я слышал смутные слова В груди моей, как в дни ненастья, О скорбных муках тех минут, Когда жрецы в терпенье ждут Беспечных жертв на свой алтарь, Чтоб унести их в ад иль рай. Я жил, страдал, а что взамен, Лишь смерти тёмной мрачный тлен, Лишь хлад могилы гробовой.

О нет.... Не так! Постой, постой!!! Неправда это, искушенью Предался я.... А может, нет? Быть может призрачный рассвет Тревожит мой уставший ум, Ряды безликих, глупых дум Таят в себе смертельный яд, Слова греха мне говорят. Так я терзался в самомненье, И видел в сумрачном виденье Чудесных горделивых птиц. С небесных чащ, степных десниц Они несли навстречу дню Ту долгожданную зарю, Дарили вольным небесам Души моей безумной храм. И в тот последний в жизни миг Я слышал птиц волшебных крик, Вдруг пожелав быть с ними там, Взлетев навстречу небесам. Пройдя сквозь смерти тёмный дом, Предстал в обличии своём Мой дух. Стал тем, кого сейчас Ты видишь в этот смертный час. Я не родился вновь мудрей, Ни жар борьбы, ни боль потерь. Что движет нами вопреки Всем догмам жизни.... Знаешь ты? АВТОР Я нет, а ты узнал? Ты столько жил и так страдал. Где Истина, скажи здесь мне, Быть может Истина в вине, Что именуется любовью, И рифма к ней со строфной болью - Невыносимость тяжких мук. ИЗГОЙ Я презираю нищий дух, Не верю я, что ты так глуп, Что ты так слеп, так глух, так нем, Что сном сверкающий Эдем Для нас далёк, и тусклый свет Под слоем призрачных планет Не виден нам сквозь мглу веков.... Я слышу смерти резкий зов, Вот-вот уйду в извечный край.

Во снах Божественный алтарь Искал в измученной груди, Чтоб замолить свои грехи, Чтоб Богу вновь сказать: "Прости, Прости меня, как Ты прощал, Как дождь слезами омывал Мою истерзанную душу, Как хлад потопа злую сушу Студил водой - огонь греха, Когда земля была пуста. Нет Истины превыше Бога, К Нему тернистая дорога Не зарастёт густой травой, К Нему стремитесь всей душой, Ведь Он и свет, и злая тьма - Любовь и высшая мечта. Всех нег величье, процветанье, Все тайны бытия, сознанья Таятся в Нём в порядке строгом И я, и ты - мы все под Богом. Живи сейчас, люби всегда, Моя закончилась война, Я ухожу в извечный мир Великих снов, блаженных сил. У всех прощение прошу, Да примет душу Бог мою. АВТОР Он канул в вечность бытия, Прости и ты, мой друг, меня, Пора заканчивать рассказ Стеклянным пледом мутных глаз. Я схоронил среди камней Его сырую плоть, над ней, Склонившись, тихо прошептал Слова молитвы мир стонал, Скорбя о нём. В тот звёздный час Из ночи чёрной, лунных глаз Катились слёзы падших звёзд, Отверзнув путь в долину грёз. С землёй слилась сырая плоть, Где час назад впиталась кровь. Я думал над его словами, И ночь лесными голосами Со мной шепталась в темноте, Срывая звуки вдалеке. Я находил в них мудрость ту, Эдем и вечную мечту. Должно быть, он во многом прав,

Прочти слова прошедших глав, Быть может, явится тебе Тот свет, утерянный во тьме. На небе сказочно взошла Ярчайшая звезда, и я Побрёл неведомо куда. 10.09.1999г. 10:24 Сергей Аретинский

Chkmark
Всё

понравилось?
Поделиться с друзьями

Отзывы